– Нет, выбора у тебя нет. Через несколько часов тебе придется принять решение, вернутся ли пассажиры рейса триста пять домой или останутся здесь.
Чтоб мне провалиться!
Кажется, Сабрина устала от нашего часового разговора не меньше меня. Мы постоянно возвращались к одним и тем же вещам, повторяли доводы, рассматривали варианты развития событий, но в конечном счете все было предельно просто.
Все сводилось к одному: как только Николас меня заполучит, все здесь будет уничтожено, и игра закончится. Пассажиры рейса 305 никогда не смогут вернуться домой. Сто двадцать один человек, не получившие вакцину, погибнут либо во время катастрофы, либо от эпидемии, и их смерть уже нельзя будет отменить, а все остальные останутся здесь, в ловушке. Рейс 305 навсегда исчезнет в Атлантике. Мир решит, что самолет рухнул в океан и все погибли.
Мы никогда не увидим наших родных. Они похоронят нас. Будут скорбеть. И, хотелось бы верить, станут жить дальше. Однако у них появится шанс избежать эпидемии, уничтожившей почти всю жизнь на Земле – за исключением Титанов, которые развязали гражданскую войну из-за судьбы нашего рейса.
Существовала и другая возможность – Юл и Сабрина вернут нас в 2015 год, мы все снова окажемся на борту того же самолета, не подозревая о том, что произошло в этом мире. И я никогда не встречу Ника Стоуна, которого… я теперь знаю (я хотела использовать другое слово, но не позволила себе – это лишь усложнило бы мою дилемму). Я должна отрешиться от эмоций. Должна принять рациональное решение. Легко сказать… но Николас из этого мира и будущая я… Ладно, больше не стану об этом думать…
– Какое решение ты приняла, Харпер? – спросила Шредер.
Они хотели знать, как я поступлю, когда появятся Николас и его друзья. Мне стало интересно, запрут ли они меня, если я дам не тот ответ, на который они рассчитывали.
– Я не знаю, – призналась я растерянно.
– Такой ответ не принимается, – покачала головой врач.
– Я не знаю, Сабрина, понимаешь? Мне нужно… нужно время, хорошо? Очень многое осмыслить.
– У нас нет времени.
Я молча посмотрела на Шредер, и та согласно кивнула:
– Ладно. Быть может, тебе следует немного отдохнуть, чтобы принять решение. – Она подошла к шкафу и вытащила так хорошо знакомые мне две тетради. – Насколько я понимаю, они твои.
Из моего дневника все еще торчала пустая ампула транквилизатора, да и блокнот с «Алисой Картер» выглядел таким же, как прежде.
– Благодарю, – пробормотала я и оглядела лабораторию, не зная, куда идти. – Могу я…
– Ты можешь пойти куда захочешь, Харпер. Это не тюрьма.
Сабрина коротко рассказала мне о географии Титан-сити, состоявшего из пяти башен, каждая из которых была посвящена одному из пяти Чудес Титанов и имела форму человеческого пальца. Вместе они образовывали руку, тянувшуюся от огромной дамбы к небу. С тыльной стороны ладони плескался океан, а сама ладонь была обращена к земле, созданной Титанами, словно приветствовала новых поселенцев. Следовало отдать им должное – они мыслили оригинально.
В данный момент мы были в средней башне (пальце?), где находились лаборатории. Эта башня слегка возвышалась над своими соседями, символизируя самую важную роль науки и исследований. Башня, обращенная к Атлантике и левее, являлась отелем, этот гигантский безымянный палец символизировал союз Титанов с человечеством и гостями. В самой короткой и узкой башне, ближайшей к африканскому берегу, жили Титаны. Справа от лабораторной башни, в указательном пальце, расположился офисный комплекс, а большой палец, направленный в сторону Гибралтара, предназначался для вспомогательного персонала и складов.
Я вышла из лабораторного здания через двойные двери и прошлась по аллее, выходившей к водопаду, а потом спустилась вниз по дамбе в тень всех пяти пальцев. Раньше я не видела этого места. Там я довольно долго стояла, глядя на солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь здания-пальцы. Я видела Атлантику до самого горизонта слева и глубокий зазубренный каньон справа. Обожженные воздушные корабли замерли у основания Титан-сити, дожидаясь решающего сражения. Ветер вновь подхватил длинные пряди моих грязных волос, которые упали на глаза и набились в рот.
В небе, левее башни-мизинца, я заметила огненно-красный след, летящий сквозь облака. Раньше я его там не видела. Что это могло быть? Метеор? Комета?
Я вернулась в лабораторию, рассчитывая, что встречу Сабрину, но ее там не оказалось. Должно быть, они с Юлом находились в одном из других помещений лабораторной башни.
На втором этаже я услышала голос, принадлежавший Шредер. Она говорила жестко, не допуская никаких сомнений. Впрочем, ничего другого мне и не следовало ожидать. Я подошла к двери, но что-то заставило меня подождать. Тон женщины… вдруг изменился. Это все еще был голос Сабрины, но теперь уже не похожий на речь робота:
– Ладно, вот что я тебе скажу… ну, на всякий случай.
Затем докторша замолчала и продолжила после паузы:
