– Ты совсем пропал, друг, не звонишь не заходишь, даже расследованием не интересуешься. Вот Светик и подумала, а не навестить ли нам старого друга, не узнать ли, как он там поживает? – заявил Родя с порога, будто бы оправдываясь.
– Что ж, тронут. Раздевайтесь и проходите, – предложил Денис и пошёл ставить чайник.
Пока он расставлял на столе чашки, ребята разоблачились и просочились по узкому коридору в кухню, где Ольга уже раскладывала по корзинкам лакомства.
– А мы со своим! – радостно заявил Родик, помахивая бутылкой коньяка.
Но Денис на заявление друга не отреагировал. Поражённый реакцией Светы на присутствие Ольги, он продолжал наливать чай в переполненную чашку. Девушка почти вжалась в спину Родика, пытаясь скрыть исказившую её лицо ненависть. Только когда Денису на штанину полилась заварка, он пришёл в чувства, выругался в сердцах и, стараясь не смотреть на Свету отряхнул джинсы.
– Со своим так со своим, – пробухтел он. – Оль, достань пару рюмок, я сейчас.
Пулей метнувшись в комнату, чтобы переодеться в сухое, он всё же столкнулся с увлажнённым обидой взглядом Светы. Та буквально пожирала его глазами и Денис непроизвольно скривился.
Ни он, ни Ольга коньяк не пили, зато Родя, треская шпикачки, налегал на него только так. Довольно быстро он надрался, и был единственным, кто не видел всей абсурдности и неловкости ситуации. Ольгу переполняло сострадание, Дениса отвращение и неловкость одновременно, Света, вообще, не могла найти себе места, теребя салфетки. Когда же вокруг неё образовалась целая куча белых комочков, Денис не выдержал.
– Свет, если салфетки не помогают, может стоить посетить ванную?
Залившаяся пунцовым, девушка вскочила со стула и кинулась прочь из кухни. Пока она приводила себя в порядок, Родион окончательно потух, развалившись на столе. Ольга встала, бросив тревожный взгляд в сторону ванной комнаты и, принялась убирать остатки пиршества.
И вот уже стол был чистым, посуда вымытой, а Света всё не выходила из своего убежища. Поймав ещё один неспокойный взгляд Ольги, Денис решил посмотреть, что она там делает. Распахнув не запертую дверь, он обнаружил Свету, сидящую на краешке чугунной посудины и перебирающую в руках две зубные щетки.
– Значит, у вас это серьезно, да?
– С кем?
– Да с молью этой бледной, – желчно выпалила Света.
– Это совсем не то, что тебе кажется, – стал оправдываться Денис, а потом осекся и гаркнул, – А вообще, не твое дело! На себя посмотри, пудришь Родику мозги почём зря!
– А это, знаешь ли, тоже не твоего ума дело! – парировала Света.
– Ошибаешься, он мой друг!
– А я ведь тоже когда-то им была, забыл?
Резким движение Денис выхватил у Светы щетки, ставя их обратно в стакан, и вышел в коридор, хлопнув дверью.
– Родичка, нам пора, – крикнула Света, выходя вслед за ним.
Но Родион её не слышал, он спал, уткнувшись в согнутые руки.
– Родион! – недовольно кричала Света, расталкивая своего кавалера. – Пора идти!
– Как, уже?
– Не будем мешать молодым, разве не видишь, они только и ждут уединения.
– Я бы тоже, если честно, от него не отказался, – промурлыкал Родя, пытаясь ухватить Свету за талию. – Может, поедем ко мне?
– А поедем! – с деланным воодушевлением выпалила Света, глядя при этом Денису в глаза.
От такого поворота событий, Родион как будто даже протрезвел. Порывисто встал, вприпрыжку доскакал до двери, всего пару раз завалившись на бок, обулся.
– Я готов, мой ангел, – заявил он, обнимая Свету, – летим!
Девушка сморщила маленький носик, но кивнула, и они ушли, оставив Дениса и Ольгу одних.
Как только дверь за ними захлопнулась, Денис завыл в голос, пытаясь хоть как-то выместить злость на самого себя.
– Сейчас она поедет к нему, отдаст то, что хранила для другого, а потом будет плакать в подушку, – говорил он, уткнувшись лбом в стену. – Мне должно быть их жаль, но я испытываю лишь отвращение.
– Это не отвращение, Денис, а непринятие, – пыталась утешить его Ольга. – Всё твоё естество против такого надругательства над любовью, потому что, в отличие от Светы, ты теперь понимаешь, что близость священна и ни в коем случае не может быть орудием мести.
– Странно слышать такое из уст Лега.
– Я же говорила, что не Лег, а человек, – напомнила Денису Ольга, по обыкновению накрывая его широкое плече своей рукой.
Денис посмотрел в её распахнутые глаза и жест этот вдруг обрёл для него еще один смысл.
– Если ты думаешь, что желания, возникающие между мужчиной и женщиной пошлы, – продолжала она, – то ты так ничего и не понял. Стремление к близости продиктовано не потребностью в размножении, а необходимостью ощутить единство. Как только человек рождается в этом мире, он тут же сталкивается с проблемой разделённости. Каждый из нас хочет объединиться с кем-то в любви, это самая важная и естественная потребность человека. Разве ты знаешь более тесную связь, чем эта?
– С тобой, – тихо проговорил Денис. – Наша связь более прочная и интимная, чем какая-либо другая.
Ольга улыбнулась.
