Насмешку Денис проигнорировал, убеждать друга в том, что с Ольгой его связывают вовсе не интимные отношения тоже не стал, все равно не поверит. Он вздохнул и просто сказал:
– Я могу дать хороший словесный портрет.
– Это не так просто, как тебе кажется.
– Я знаю, что это не просто, но надо же что-то делать.
Родик остановился возле затертой двери кабинета и испытующе посмотрел на друга.
– А ты не думал, что она просто в клубе затусила или на ночь у кого осталась? – спросил Родик, щуря глаза.
– Исключено, – с уверенностью заявил Денис.
– Я бы на твоем месте не был так уверен в женщинах.
– Сомневаюсь, что она женщина, – тихо проговорил Денис.
– Трансвестит? – брезгливо спросил Родя.
– Нет, не в этом дело. Если мы её отыщем, я вас обязательно познакомлю, и тогда ты поймешь, что я имею в виду.
– Ладно, давай искать твою пропажу, – сдался Родик, колотя в дверь.
– Заходите, – послышалось из кабинета.
Родя пропустил сначала Дениса, а потом зашёл и сам, осторожно прикрывая дверь.
– Привет, Сергеич, занят, да, – констатировал Родион, обнаружив хозяина кабинета за работой.
– Как видишь. А у тебя что-то срочное?
– Да, надо бы другу помочь. Барышня у него домой вчера не вернулась. Ждать трое суток… сам понимаешь.
– Понимаю, чё ж не понять-то, – протянул Сергеич, с интересом разглядывая Дениса. – А вы в обезьяннике уже были? Там с ночи три девчонки сидят.
Денис представил завсегдатаев обезьянника, и его передернуло.
– Вы, молодой человек, зря этот вариант не рассматриваете. К нам, бывает, и вполне приличные люди попадают, если не в то время и не в том месте без документов разгуливают. Я не знаю, как скоро освобожусь, поэтому рекомендую, скоротать время на экскурсии. Родион, проводи друга, – посоветовал Сергеич, углубляясь в работу.
– А что? – размышлял Родя, выходя в коридор. – Сергеич прав, к нам мог залететь кто угодно.
– Это да, но если её ночью взяли, то к утру должны были уже отпустить. Проверка личности по ЦАБу занимает три часа.
– Не хочешь идти в обезьянник, так и скажи. Но Сергеич прав – сначала надо проверить это Богом забытое место. А если там уже пусто, обрисуешь дежурному свою красотку, может, он и узнает в ней ночную гостью. По крайней мере, будем знать, где её всю ночь носило.
С тяжелым сердцем Денис шёл по обшарпанным коридорам шестидесятки, предвкушая смотрины в затхлых камерах. А потом неожиданно вспомнил, как ещё недавно летел сюда, когда думал, что Свету сбила машина.
– Слушай, Родь, а как там Светка, ты её навещаешь?
Родик двусмысленно как-то улыбнулся, выдержал короткую паузу, но всё же ответил.
– Навещал, но её вчера выписали, и я, если честно, теперь не уверен, что увижусь с ней.
– Почему?
– Её мои ухаживания не особо тронули.
– Это не повод сдаваться, если она тебе действительно нравится. Просто у неё мать погибла и все такое…
– Что «такое»?
– Стресс у человека, дай ей время.
– Не уверен, что дело в этом, – с упреком проговорил Родик, глядя на друга исподлобья.
Денис хотел возразить ему, но в этот момент из камер, к которым друзья уже приближались, послышались нечленораздельные вопли.
Денис влетел в помещение первым и увидел странную даже для этих мест картину. В самой дальней конуре, где обычно селили нелегальных шалав, творился безумный раскордаж. Две вульгарно одетые девицы висели на решетке почти под самым потолком и трясли её, что было мочи, отчаянно требуя освобождения. А у самой стены, забившись в угол, сидела Ольга. Она подтянула колени к подбородку и с состраданием смотрела на бесновавшихся проституток.
От потрясения Денис встал как вкопанный, и тогда Ольга обратила на него свой необыкновенный, бархатно-серый взгляд. Эти её фантастические глаза что-то пытались сказать ему, но он не в силах был разобрать, что именно. Их язык оказался недоступным для понимания, несовместимым ни с этим местом, ни с обстоятельствами, ни с самим сознанием Дениса.
– Что у тебя тут творится? – спросил Родик, подходя к дежурному.
– А ты не видишь? Девки спятившие. Наверное, под бутиратами или ещё чём, – отозвался толстенный парень лет двадцати пяти, поступивший в отделение совсем недавно. – Я отпустить хотел, достали уже, всю ночь орут. Но «их крыша» просит подержать. Говорит, сама заберет.
– Нахрена их вообще привезли?
– Ты свинарник видишь?
– Сложно не заметить, – кривясь, проговорил Родя.
– Лизавета Петровна в отпуске, убираться некому, вот мне Кожарин и присоветовал, взять пару шалав, чтобы они полы помыли.
– Придурки!
Родик хохотал, хватаясь за живот, а Денис тем временем выходил из оцепенения.
– Вы их всех сюда притащили полы мыть?! – спросил он таким тоном, что стоявший дежурный, сел на стул.
– Д-да, – прозаикался он, плавясь под взглядом разъяренного Дениса.
– Выпусти девушку, которая сидит у стены, – потребовал Денис.
Дежурный сглотнул, но тяжелый взгляд всё же выдержал.
– Не могу, – тихо проговорил он.
– Почему?
– Ее личность ещё не установлена.
– Хочешь сказать – она сидит тут меньше трёх часов?
– Больше.
