Эра Зигмара: Омнибус полностью

Воины Паукоклыка вырвались из гнезд и ринулись в лес, бросая копья из заточенного хитина. Десятки Связанных Кровью в конвульсиях свалились на землю, пуская пену, пока яд растекался по их телу, но сотни оставшихся врезались в орду гротов. Брызги вязкой лимфы и дымящейся крови запятнали Связанных Кровью, их лидеры швырнули в гнездо факелы, чей огонь пылал ярче, чем их собственная кхорнитская ярость.

Но паутину Арахнороков уничтожить не так легко и пожары в итоге угасли. Кроме того, пламя привлекло огромных пауков, которые спускались на Связанных Кровью, в предвкушении клацая жвалами.

Курлок сморгнул кровь с глаз, когда враг превратился в багряное месиво под его топором. Его отливающие красным глаза осмотрели останки диких зеленокожих и их питомцев пауков, ища новых врагов для убийства. Неподалеку один из его пропитанных кровью собратьев напал на гнездо, швырнув горящую головню в самую гущу паутины.

— Кровь для… ургх!

Курлок обернулся, чтобы увидеть другого Связанного Кровью насаженным на огромные хитиновые конечности. Ярость почти покинула разум Курлока когда он смотрел, как гигантский паук спустился на паутине по колонне храма. На мгновение Курлок был парализован зверем, кровь остывала на его лице, когда он увидел дюжину воинов, разорванных на части.

— Черепа для трона черепов! — проревел Курлок, жажда битвы вновь разгорелась в нем. Призвав всю свою силу, он замахнулся топором на зверя, железное лезвие глубоко вонзилось в хитин, но не смогло достать органы под ним. Затем быстро, словно молния, длинные нижние жвала погрузились ему в грудь, качая вредоносный яд в жидкое пламя в его сердце. Извергнулась зеленоватая кровь, Курлок попытался поднять оружие для следующего удара, но покинула его, он увидел отражение своей смерти в многочисленных, холодных глазах арахноида.