- Мое положение у варденов не такое видное, как она надеялась, и она обвиняет меня в этом. Она согласилась сбежать из Тирма со мной, ожидая, или я верю, что Насуада продвинет меня в правящие круги ее советников или предоставит мне земли и богатство, достойные лорда, или некоторой другой непомерной награды за мою помощь в краже яйца Сапфиры много лет назад. То, на что не рассчитывала Хелен, было не очаровательной жизнью обычного фехтовальщика: сон в палатке, готовка ею еды, стирание собственной одежды и так далее. Не случается так, что богатство и статус – ее единственные проблемы, но ты должен понять, она родилась в одной из самых богатых судоходных семей Тирма, и большую часть нашего брака, я весьма имел успех в своих собственных начинаниях. Она не привыкла к таким лишениям, как эти, и она должна еще смириться с этим. – Он пожал плечами. – Моя собственная надежда была на то, что это приключение — если оно достойно такого романтика – уменьшит пропасть, которая открылась между нами в последние годы, но как всегда, ничто никогда не бывает так просто, как кажется.
- Ты чувствуешь, что вардены должны оказывать тебе большее внимание? – спросил Эрагон.
- Для меня – нет. Для Хелен... – Джоад заколебался. – Я хочу, чтобы она была счастлива. Моя награда была в бегстве из Гиллида со своей жизнью, когда Бром и я подверглись нападению Морзана, его дракона и людей; в удовлетворении знания, что я помог нанести удар, навредивший Гальбаториксу; в том, что смог вернуться к своей предыдущей жизни и всё же помогать дальше делу варденов; и в том, что смог жениться на Хелен. Это были мои награды, и я даже больше чем доволен ими. Любые сомнения у меня исчезли в тот момент, когда я видел летящую Сапфиру в дыме Пылающих равнин. Я не знаю, что сделать для Хелен, все же. Но я забываю о себе. Это не твои заботы, и я не должен возлагать их на тебя.
Эрагон коснулся свитка кончиком своего указательного пальца.
- Тогда скажи мне, почему так много бумаг? Ты стал переписчиком?
Вопрос позабавил Джоада.
- Едва ли, хотя работа часто так утомительна. С тех пор как я обнаружил тайный проход в замок Гальбаторикса, в Урубаен, и я смог привести с собой некоторые из редких книг из моей библиотеки в Тирме, Насуада назначила меня на поиск подобных слабостей в других городах Империи. Если бы я смог найти упоминание о туннеле, который вел под стены Драс-Леоны, например, это могло бы уберечь нас от большого кровопролития.
- Где ты ищешь?
- Всюду, где могу. – Джоад зачесал назад локон волос, который нависал над его лбом. – Истории; мифы; легенды; стихи; песни; религиозные трактаты; письма всадников, магов, странников, сумасшедших, мрачных властелинов, различных генералов, всех, у кого могло быть знание о тайной двери или секретном механизме или чего-то из этого рода, что мы могли бы использовать в наших интересах. Количество материала, который я должен проанализировать, огромно, поскольку все города стоят в течение сотен лет, и некоторые предшествуют прибытию людей в Алагейзию.
- Это вероятно, что ты действительно что-нибудь найдешь?
- Нет, вряд ли. Никогда не вероятно, что ты преуспеешь в том, чтобы выведать тайны прошлого. Но я могу все же достигнуть цели, учитывая достаточное количество времени. Я не сомневаюсь, что то, что я ищу, существует в каждом из городов; они слишком стары, чтобы не содержать тайные пути в и через их стены. Однако, это полностью другой вопрос, увековечены ли существующие пути и обладаем ли мы теми отчетами. Люди, которые знают о тайных лазейках и другом, обычно хотят держать информацию у себя. – Джоад схватил кучу бумаг рядом с ним на раскладушке и приблизил их к своему лицу, затем фыркнул и отшвырнул их. – Я пытаюсь решить загадки, изобретенные людьми, которые не хотели, чтобы они были решены.
Он и Эрагон продолжали говорить о других, менее важных делах, пока Хелен вновь не появлялась, неся три кружки горячего, исходящего паром чая из красного клевера. Когда Эрагон взял свою кружку, он заметил, что ее ранний гнев, казалось, спал, и он задался вопросом, слышала ли она снаружи то, что Джоад сказал о ней. Она вручила Джоаду его кружку и где-то позади Эрагона достала оловянную тарелку, загруженную плоскими булочками и маленьким глиняным горшком с медом. Затем она забрала несколько штук и встала, прислонившись к столбу в центре, дуя на свою собственную кружку.
Как было вежливо, Джоад ждал, пока Эрагон не взял булочку с тарелки и съел кусочек от ее, прежде чем сказал:
- Чем я обязан удовольствию от твоего общества, Эрагон? Если я не ошибаюсь, это не праздное посещение.
Эрагон потягивал свой чай.
- После битвы на Пылающих равнин я обещал, что я скажу тебе, как умер Бром. Вот почему я пришел.
Серая бледность заменила цвет на щеках Джоада.
- О.
- Я могу не делать этого, если это не то, чего ты хочешь, - Эрагон быстро заметил.
С усилием Джоад покачал своей головой:
- Нет, я хочу. Ты просто застал меня врасплох.
