Непрерывный поток булькающего смеха донесся от солдата. Подрагивающее, останавливающее сердце хихиканье, чрезвычайно отвратительное, отдалось в животе Рорана холодком страха. Он вспомнил этот звук; он уже слышал его, наблюдая за схваткой Варденов с людьми, не чувствующими боли, на травянистом участке около реки Джиет. Осененный, он понял, почему солдаты выбрали такую плохую стоянку для лагеря: они не заботятся о том, будут ли пойманы в ловушку или нет, поскольку мы не можем повредить им. Взор Рорана стал красным, и желтые звезды затанцевали перед его глазами. Колеблясь на грани бессознательного состояния, он выдернул кинжал и нанес удар вверх, в подмышку солдата, прокручивая лезвие в ране. Сгустки горячей крови били струей по его руке, но солдат, казалось, не замечал их. Мир взорвался пятнами пульсирующих цветов, когда солдат приложил Рорана головой о землю. Раз. Второй. Третий. Роран уперся в его бедра, безуспешно пытаясь отбросить противника. Ослепший и отчаявшийся, он хлестал по, предположительно, лицу человека и почувствовал, как кинжал вошел в мягкую плоть. Он немного вытянул кинжал назад, затем сделал выпад в том же направлении, чувствуя сопротивление, поскольку наконечник лезвия ударил в кость. Давление вокруг шеи Рорана исчезло.
Роран лежал на месте, его грудь вздымалась и опускалась, затем перевернулся, и его стошнило, горло горело. Все еще задыхаясь и кашляя, он встал, пошатываясь, и увидел, что солдат растянулся, неподвижный, рядом с ним, кинжал торчал из его левой ноздри.
- Бейте в голову, - прокричал Роран, несмотря на свое ободранное горло, - В голову!
Он оставил кинжал похороненным в ноздре солдата и поднял свой молот с вытоптанной земли, где тот упал, задержавшись также, чтобы захватить оставленное кем-то копье, которое он взял той же рукой, на которой висел щит. Перепрыгнув через павшего солдата, он побежал к Халмару, который также был пеш и сражался сразу с тремя солдатами. Прежде, чем солдаты заметили его, Роран долбанул двух ближайших по голове с такой силой, что расколол их шлемы. Третьего он оставил Халмару, вместо этого перепрыгнув солдата, грудину которого он сломал и оставил умирать. Он нашел человека, сидящего подле колеса фургона, плюющегося запекшейся кровью и изо всех сил пытающегося натянуть лук.
Роран воткнул ему в глаз копье. Куски отвратительно пахнущей серой плоти зацепились за наконечник копья, когда он вытянул его обратно. _____________________________________________________________________________
Примечание: 1 – длинный (до колена) стеганный поддоспешник. Надевался под кольчугу, но мог использоваться и как отдельный доспех более бедными воинами
Тогда Рорана осенило. Он метнул копье в человека в красной тунике по другую сторону ближайшего костра, пронзив его туловище, затем засунул молот себе за пояс и натянул лук солдата. Опершись спиной о фургон, Роран начал стрелять в солдат, мечущихся по лагерной стоянке, пытаясь или убить их удачным выстрелом в лицо, горло или сердце или покалечить их, чтобы его товарищам было проще предать их смерти. Если ничего другого, рассуждал он, то, по крайней мере, травмированные солдаты могут истечь кровью до смерти к тому времени, как окончится сражение.
Первоначальная уверенность нападения исчезла в беспорядке. Вардены оказались рассеяны и испуганы, некоторые на конях, некоторые пешие, и большинство из них - окровавленные. По крайней мере, пятеро, насколько Роран мог судить, погибли, когда солдаты, которых те сочли убитыми, вернулись, чтобы напасть на них. В толпе молотившихся тел было невозможно сказать, сколько еще солдат осталось, но Роран мог видеть, что они все еще превосходят численностью скудных, приблизительно двадцать пять оставшихся Варденов. Они могут порвать нас на части голыми руками, пока мы пытаемся покромсать их, - понял он. Поискав глазами среди этого безумия Сноуфайра, он увидел, что белый конь убежал дальше по течению, где он теперь стоял подле ивы, с раздувающимися ноздрями, и ушами, плотно прижатыми к голове.
Роран застрелил из лука четырех солдат, а ранил еще больше. Когда у него остались только две стрелы, он заметил Карна, стоящего с другой стороны лагеря, и сражающегося с солдатом возле угла горящей палатки. Натянув лук так, что оперение стрелы защекотало его ухо, Роран выстрелил солдату в грудь. Солдат споткнулся, и Карн обезглавил его.
Роран отбросил лук и, с молотом в руке, подбежал к Карну и прокричал:
- Разве ты не можешь убить их с помощью магии?
Какое-то мгновение, Карн мог только задыхаться, затем он покачал своей головой и сказал:
- Любое заклинание, которое я читал, блокировалось.
Свет от горящей палатки позолотил часть его лица.
Роран выругался.
- Вместе тогда! – прокричал он и поднял свой щит.
