Эрагон. Наследие полностью

– Ты спрашиваешь «почему»? – Ее вопрос, похоже, разъярил Оррина. – Мои люди предоставляли варденам кров, пищу, оружие. Они сражались и умирали вместе с ними! Между прочим, мы были независимым государством и рисковали куда больше варденов. Вардены не имеют своего дома. Если бы Гальбаторикс победил Эрагона и его драконов, вы могли бы просто убежать и спрятаться. А нам некуда было бы идти, кроме Сурды. И тогда Гальбаторикс непременно напал бы на нас и превратил нашу маленькую страну в пустыню. Мы бросили на чашу весов все – свои семьи, дома, благополучие и свободу, – и после всех наших жертв мы вряд ли были бы удовлетворены, если бы просто вернулись на свои поля, не имея иного вознаграждения, чем твое, Насуада, королевское спасибо! Неужели ты действительно думала, что нам было достаточно, если бы нас погладили по головке, и все? Ха! Да я бы скорее согласился на четвереньках ползать! Мы полили своей кровью земли отсюда до Пылающих Равнин и теперь желаем получить законное вознаграждение. – Оррин сжал пальцы в кулак и пристукнул им. – Мы желаем, чтобы военные трофеи делили по справедливости!

Пылкая речь Оррина, похоже, ничуть не огорчила Насуаду, скорее, она стала еще более задумчивой. Эрагону даже показалось, что она ему сочувствует.

«Ничего она ему не даст, пусть не скалит зубы, как жалкая дворняжка!» – презрительно сказала Сапфира. Он не был с нею полностью согласен и предложил:

И тут снова заговорила Арья:

– Я бы хотела надеяться, что вы оба все же способны прийти к некой дружеской договоренности, и…

– Конечно, – перебил ее король Оррин. – Я тоже очень на это надеюсь. – Он метнул быстрый взгляд в сторону Насуады. – Но, боюсь, несколько твердолобая решимость Насуады не позволит ей понять, что в данном случае ей лучше было бы покориться судьбе.

Арья сделала вид, что не слышит его, и продолжила:

– …как справедливо заметил Датхедр, мы никогда не стали бы вмешиваться во внутренние дела вашего народа и позволили бы вам самостоятельно выбирать себе правителя…

– Я прекрасно помню, что он сказал! – с издевательской усмешкой снова прервал ее Оррин.

– …однако же, – как ни в чем не бывало продолжала Арья, – будучи союзниками варденов, скрепившими союз с ними клятвой, мы – и я просто вынуждена сейчас об этом сказать – рассматриваем любое нападение на них, как нападение на наш народ, а потому будем отвечать соответствующим образом.

Выражение лица у Оррина внезапно стало кислым, даже щеки как бы втянулись внутрь. Но он промолчал. Зато заговорил Орик:

– То же самое абсолютно верно и в отношении гномов, – сказал он – и точно камни загрохотали где-то глубоко в подземелье.

Гримрр Полулапа – он принял человеческое обличье, оказывая честь высокому собранию, – поднял свою искалеченную конечность с тремя уцелевшими пальцами, внимательно изучил ногти, более похожие на когти, и промолвил неторопливо:

– Нам безразлично, кто станет королем или королевой, если нам будет даровано право, обещанное ранее, всегда сидеть рядом с троном. И все же договор мы заключали именно с Насуадой, и именно ее мы будем поддерживать, пока она не перестанет быть вожаком стаи варденов.

– Ах так! – вскричал король Оррин и даже слегка наклонился вперед, опираясь рукой о колено. – Но ведь она больше не «вожак стаи варденов»! Их вожак – Эрагон!

И снова все дружно повернулись к Эрагону. Он чуть поморщился и пояснил:

– На мой взгляд, всем давно ясно, что этот пост – пост предводителя варденов – был мною возвращен Насуаде, как только она вновь обрела свободу и вернулась к нам. А если кто-то этого еще не понял, то пусть поскорее расстанется со своими заблуждениями. Насуада всегда возглавляла варденов, а вовсе не я. И я уверен, что именно она должна унаследовать этот трон.

– Ну еще бы! Ты говоришь именно то, что должен сказать, – нехорошо усмехнулся король Оррин. – Ты же принес ей клятву верности. Разумеется, ты обязан поддерживать ее мнение. Однако ты – всего лишь верный слуга, защищающий своего хозяина, и твое мнение имеет не больше веса, чем мнения моих собственных слуг!

– Нет! – спокойно возразил Эрагон. – Насчет моего мнения ты как раз совершенно не прав. Если бы я считал, что ты или кто-то еще стал бы лучшим правителем, тогда я так и сказал бы! Да, я клялся Насуаде в верности, но это ничуть не мешает мне говорить правду.

– Может, и так, но все же твоя верность ей не позволяет тебе судить объективно.

– Точно так же, как и твоя верность Сурде. Она тоже не позволяет тебе судить объективно, – заметил Орик.

Король Оррин нахмурился.