Я просидела у кровати Лиссы около трех часов. Мы разговаривали о своих прошлых жизнях, о мечтах, которым не дано было осуществиться и, конечно, о семьях. Так я узнала, что у Лиссы был младший брат, на год старше моей Алисы и что воспитывала их одна мама, потому что отец давно умер от тяжелой болезни. Именно тогда, когда он болел, девушка решила стать врачом. К сожалению, поступить в медицинский институт она не успела, но отправилась в госпиталь, чтобы помогать людям по мере своих возможностей. Девушка быстро схватывала и даже многому научилась у врачей и медсестер. Поскольку моя мама тоже работала в больнице, я видела, как много нужно знать людям медицинской профессии, как быстро нужно действовать и не сметь даже на секунду растеряться и запаниковать, ведь от малейшего промедления могла зависеть жизнь человека. Я лично знала медсестер, которые тратили свои и без того небольшие деньги, чтобы помочь своим подопечным и это поражало меня до глубины души. Это люди такой силы, что им удавалось до последнего бороться и за руку держать тех, кто умирал, когда другим и со стороны смотреть было больно, не то, что с головой в этом утопать. Теперь, когда я знаю, что Лисса стремилась стать таким врачом, я взглянула на нее иначе: в ней сильный дух и это заслуживает уважения.
В Эрановум Лисса попала прямо из госпиталя. Не помню, видела ли я ее раньше. Может когда у нее случился приступ, и она говорила, что помнит меня, это и имела ввиду, что мы познакомились до того, как очнулись в капсулах? Сейчас уже не поймешь. Да и неважно это.
Я собралась уходить, но тут в палату заглядывает обаятельное лицо Марка. На фоне смуглой кожи, светло-русые волосы выглядят выгоревшими, будто он провел много времени под открытым солнцем. Но солнце для Эрановумцев сейчас почти такая же фантастика, как НЛО.
Марк весь показывается перед нами, при этом руки его остаются за спиной. Он подмигивает мне и улыбаясь говорит Лиссе:
– Я кое-что тебе принес.
– Мне? – у Лиссы в миг восторженно загораются глаза, прямо как у маленького ребенка.
Марк вытаскивает руки из-за спины и показывает ей роман Жуль Верна «Путешествие к центру Земли» и три небольших краснобоких яблока. Он отдает Лиссе книгу и два фрукта, а третий протягивает мне.
– Спасибо, но я уже ела яблоки, выращенные в Эрановуме, – без энтузиазма говорю я. – Они почти безвкусные.
– О нет, такие ты не ела, – загадочно говорит Марк и настойчиво кладет яблоко в мою ладонь. – Пробуй.
Я разглядываю фрукт, который видела уже не раз: ничем не отличается, такое же яблоко, вот только пахнет гораздо вкуснее. Я вдыхаю полной грудью его аромат, а затем осторожно откусываю. По губам растекается сладкий, с кислинкой сок. От удовольствия я прикрываю глаза. Передо мной будто снова возникает та самая аллея с дикими яблонями, фрукты которых источали дурманящий сладкий запах.
– Готов поспорить, что такие же яблоки ты рвала с деревьев, когда была девчонкой, – говорит Марк.
– Это точно, – соглашаюсь я, наслаждаясь остатками лакомства.
– Сегодня собрали первый удачный урожай. Им, наконец, удалось вырастить вкусные фрукты под землей, глядишь, так и овощи со временем станут съедобными, – шутливо говорит парень.
– Подожди, но ведь еду не разрешено брать с собой. Как тебе удалось принести их сюда? – удивляюсь я.
– У меня есть особый талант договариваться, – улыбается Марк.
Лисса тоже пробует яблоко и мычит от удовольствия. Она буквально за пару минут съедает оба фрукта, а после хватается за книгу.
– Это что? «Путешествие к центру земли», серьезно? – спрашивает Лисса с набитым ртом.
– Я подумал, что этот роман очень даже кстати в городе под землей. Оказывается, здесь отличная библиотека из самых настоящих бумажных книг! Открой ее и вдохни запах. Чувствуешь? Запах прохладной древесины. Я помню его еще с детства, когда мама поворачивала передо мной страницу за страницей, в сотый раз читая истории, которые я дословно знал наизусть. Но это было неважно, потому что мне нравилось, как пахли эти самые страницы и как успокаивающе звучал их легкий шелест. Эти книги – душа утраченного мира, так что неудивительно, что основатели позаботились о том, чтобы сохранить их для нас, – говорит Марк.
Я наблюдаю за тем, как он произносит речь – трогательно, искренне – и точно знаю, что дело то не в книгах, не в бумаге и даже не в словах, что в них написаны. Дело в воспоминаниях, которые они породили и чувствах, что разбудили. Мы смотрим на книги, а слышим голоса людей, что их читали нам, когда мы были детьми или наоборот – видим тех, кому сами читали когда-то.
Наступило время обеда. Мы с Марком прощаемся с Лиссой, обещая навестить ее вечером, а после вместе отправляемся в столовую. У входа в нее Марк резко останавливает меня.
– Извини, что был груб с тобой вчера, когда просил уйти из столовой.
Честно сказать, я уже и думать забыла о подробностях вчерашнего происшествия и было странно слышать сейчас извинения, тем более, что я сама должна была догадаться уйти, но все равно киваю в знак того, что все в порядке.
