— Ну, что-то он сегодня на удивление быстро утихомирился! Я, если честно, рассчитывал, что наш буян будет выпускать пар не менее часа! Даже прикидывал, что он сегодня сломает под горячую руку… Похоже что вы, Лия, его здорово смутили!
— Скажите, а вы видели это ожерелье? — ни о чем другом я сейчас думать не могла. — Я его действительно так сильно повредила?
— Не знаю, — пожал плечами Кеир, — лично я ничего страшного не заметил. Меня куда больше интересуют ответы на другие вопросы. На те, которые я вам задам. Например…
— Да не стал бы мастер так ругаться, если бы там все было в порядке! Значит, я сделала что-то страшное с этим украшением, такое, что произнести нельзя! Он сказал — веточка справа погнута…
— Я бы на вашем месте куда больше беспокоился не о погнутой веточке на чужом ожерелье, а о собственных делах, которые тоже далеко не блестящи.
— Да при чем здесь мои дела!? Вы его, это ожерелье, воочию видели? Я в этом сомневаюсь! Если бы вы своими глазами видели эту красоту, то не говорили так спокойно о том, что этому совершенству можно нанести хоть какой-то изъян!
— Я видел. Мое мнение: очень красивое и очень дорогое украшение. Но сейчас речь не о нем. Поговорим о вас…
— Да мне не до ваших вопросов! Неужели вы сами не понимаете? Если я действительно так сильно повредила ожерелье, как сказал мастер…
— Хватит кудахтать! — оборвал меня уже Вояр все тем же спокойным, но на этот раз властным голосом. — Если тебя интересует мое мнение, то ничего особенного там не случилось! Видел я это ожерелье, которое тебя так волнует. Второе, впрочем, тоже имел счастье увидеть. Так же, как и малую корону. И даже сам в руках держал все эти вещи. На мой взгляд, там все в порядке. Если что и погнуто, то я этого не заметил. Мастер, конечно, свою работу куда лучше меня знает, но, по моему мнению, если какое повреждение и есть, то оно очень незначительно. Там, в этом ожерелье, мастером сделаны такие интересные переплетения, что, думаю, не каждый ювелир обратит внимание на эту будто бы погнутую веточку. А уж тем более невероятно, чтоб это заметил сторонний человек. К тому же, уверен, Тайсс — Лен давно уже исправил то, что, по его мнению, было повреждено.
— Но ведь мастер…
— Тайсс — Лен, как правило, очень любит преувеличивать. Ну да подобное никого не удивляет. У этого мастера несколько своеобразный характер, к которому надо привыкнуть, и принимать его следует таким, каков он есть. Успокойся. Если бы там было чуть более серьезное повреждение, то ты даже представить себе не можешь, чего могла наслушаться, и сколько бы времени эти крики продолжались! Боюсь, в этом случае дело могло дойти и до рукоприкладства. Он бы не посмотрел, что перед ним женщина… Такое с ним бывало, и не раз. То, что он сейчас тебе сказал, и как при этом себя вел — это, можно сказать, ласковый и тихий задушевный разговор наедине… Так что этот вопрос закрыт, и больше мы к нему не возвращаемся.
Я посмотрела на дознавателей. Ну и люди! Сказать "очень дорого и очень красиво" о таком невероятном сокровище! Интересно, что их может всерьез обеспокоить? Хотя, впрочем, у каждого своя работа… Ладно, спросим про другое…
— Да, господа дознаватели, а почему у вас обоих глаза красные?
— Что? — непритворно удивился Кеир, да и глава тайной службы вопросительно поднял бровь.
— У вас глаза розовые, как у кроликов — усмехнулась я. — Это мне знакомо. Про вас ничего не могу сказать точно, а у меня такое бывает от постоянного недосыпа. Что, так много работы?
— Надо же, заметила! — хмыкнул Кеир. — А говорят, видишь плохо… Какими же им еще быть? По твоей милости мы уже который день спим всего по паре часов! Да, задала ты нам задачку со многими неизвестными… Который день по твоим следам идем! Взять бы вас уже должны были не раз… Но вам, то есть вам троим, тебе и тем двоим парням, везло. Очень везло…
— Я вас не совсем понимаю.
— Ну что ж, тогда насчет вашего везения я тебе кое-что поясню — отложил в сторону бумаги Вояр. — В принципе, это против моих правил, но то, что мы сейчас расследуем, тоже несколько отличается от других дел. Скажем так: ты явилась первопричиной того, отчего у нас сегодня глаза, как ты сказала, похожие на глаза кроликов.
— Извините, у меня это, про глаза, случайно вырвалось…
