А потом началось нечто такое, отчего во мне стала подниматься безотчетная волна ненависти. Длинными пиками и копьями тюремщики стали тыкать в парня, пытаясь если не убить его, то причинить нешуточную боль. Самое страшное в том, что запертого в клетку человека они ударяли не тупыми концами копий, а острыми наконечниками. Это у них что, развлечение? Игра такая? Если так, то придумана она лишь для полных идиотов! Не похоже, что стражники из их числа…Скорее всего то, что я сейчас вижу — это обычное издевательство над тем, кто не может ответить тюремщикам так, как они того заслуживают. Совсем как тот теткин домоправитель… Но почему они так накинулись на этого заключенного? Стражники будто мстили парню за тот страх, который только что испытывали перед ним. Мужчина растерянно прижался к стене, в тщетной попытке спрятаться от своих мучителей. Правда, напрасно… На стражников напал азарт, они как бы соревновались между собой в том, кто точнее попадет в пленника, кто причинит ему больше боли, кто нанесет глубже рану… И это у них успешно получалось. На одежде парня стали появляться расползающиеся пятна крови, что только подстегнуло стражников к дальнейшим атакам.
— Ну, что? — довольно ухмыльнулся один из мучителей. — Не нравится? Ничего, скулить меньше будешь, на воздух проситься.
— Что вы делаете? — не выдержала я. — Заняться больше нечем?
— А ты бы, девка, не орала понапрасну — хищно осклабился один из тюремщиков. — И отойди от решетки подальше, а не то схватит тебя такой за руки — выдерет их запросто!
— Да вы же его убьете, мерзавцы!
— Нашла, кого жалеть! Это ж эрбат!
— Что? — растерянно спросила я.
— Что слышала! Иначе, думаешь, с чего это мы с ним так себя ведем? Неделю уж здесь сидит, придурок иноземный, с тех пор, как его поймали. Надоел до того, что видеть эту рожу не хочется! Не может он, видишь ли, тут сидеть, на волю просится…
У меня в памяти мгновенно всплыл вечер в домике Райсы, голос Даян"…приходила тетушка Кей. Сказала, что в городе поймали эрбата. Уже второго на этой неделе…". Значит, речь шла об этом мужчине. Здоровый, крепкий парень… Немногим старше двадцати лет… Судя по рукам, по коже на лице, по крепким мускулам, выделяющимся под легкой рубашкой — кузнец. Смуглый, темные волосы, немного коротковатые ноги, чуть раскосые глаза… Похоже, он уроженец той же южной страны, откуда родом и великий мастер Тасс — Лен…
— Перестаньте! — чуть ли в голос закричала я. — Вы же его убьете!
— А ему и так подыхать…
— Он же человек! Такой же, как все мы!
— Он — эрбат Ты что, ни разу не видела, что они выделывают, когда не в себе бывают? Ну, сейчас поглядишь! Да отойди же ты, наконец, от решетки! Он тебя прибьет, если дотянется, а нам потом ответ перед начальством держать!
— Остановитесь! Вы сами с ума посходили! — закричала я, но меня не слушали. Судя по всему, тюремщиков охватило нечто, похожее на чувство опьянения кровью у охотников, забивающих пойманную ими дичь. Стражники чуть ли не на спор пытались дотянуться своими острыми пиками до прижавшегося к стене заключенного, а уворачиваться от раздирающего тело и больно жалящего наконечника у парня не всегда получалось. Да и кололи они бедного не в шутку, а всерьез. Казалось, я наяву вижу один из своих ночных кошмаров. На моих глазах острый конец копья пробивал, светлую одежду пленника, погружался в живое тело… Выходящий из раны блестящий металл, и яркая кровь, иногда просто окрашивающая эту рану, а иногда выходящая из нее крохотными толчками… Крики боли заключенного и гоготанье стражников… Одежда пленника краснела все больше и больше… Когда же кончится это издевательство?! Пресветлые Небеса, или же все те великие боги, в которых верят на родине этого несчастного парня! Молю: сделайте так, чтоб его мучения прекратились!
