Более того: я иду навстречу просьбам принца Домниона. Он просил освободить вас и отдать под его защиту и покровительство. Не возражаю. Хотя вы и являетесь эрбатом, я не вижу достаточно серьезных оснований отказать принцу в этой просьбе. Но с одной оговоркой: вы поступаете под его ответственность не ранее дня свадьбы моей дочери. Прошу понять меня правильно: это просто одна из мер предосторожности, которая, надеюсь, вами будет расценена верно. До того дня вы будете по-прежнему находиться в месте своего нынешнего пребывания. Это не наказание, а просто разумная предосторожность, подтвержденная многолетним печальным опытом. После окончания праздничных торжеств вы уедете вместе со свитой принца в Харнлонгр. В дальнейшем я надеюсь, что Всеблагой не оставит вашу судьбу своей милостью.
И хочу, чтоб вы знали еще одно: я всегда буду искренне рад вновь увидеть вас, если вам удастся вернуть себе, скажем так, свое прежнее состояние. Надеюсь, в Харнлонгре у вас все сложится хорошо. Со своей стороны я попрошу свои службы оказывать вам всестороннюю помощь.
Я посмотрела на улыбающихся Вена и Дана. Что ж, если отбросить в сторону всю словесную шелуху, то станет понятно: меня помиловали, но просят уехать подальше из страны. На всякий случай. Мало ли что может произойти, так не лучше ли подстраховаться? Все же от эрбата лучше держаться подальше. А до того, во избежание неприятностей, меня подержат под надзором, все под тем же замком. Ну, а потом ответственность за меня пусть несет Дан. Он просил Правителя о моем помиловании, так вот теперь пусть помогает мне, и увозит подальше отсюда. Если снова стану нормальным человеком, сумею снять с себя последствия обряда и не буду больше эрбатом — милости просим домой, а если нет… Ну, слово "если" для меня исключено. Если… Тогда я просто не вернусь назад. Никогда.
Настроение было — хуже некуда. Лучше бы Эри сюда не приходила! И зачем Правитель потребовал, чтоб она пришла сюда? Эта встреча, как выяснилось, не была нужна ни одной из нас. Впрочем, я не совсем права: все же мне хотелось увидеть Эри, чтоб попытаться поговорить, хоть как-то объясниться… Увиделись… Зачем? И вообще, мне это стало надоедать — быть игрушкой в чьих-то непонятных играх!
Еще вчера все, казалось бы, складывалось хорошо, не ожидалось никаких проблем! После того, как Правитель вынес свое решение о моей судьбе, я успела переговорить и с Даном, и с Веном. Мы ненадолго отошли в сторону, и нам дали время пообщаться. Ребята были рады за меня, все складывалось так удачно! Они успели поделиться со мной своими планами, в том числе и о том, что после свадьбы я вместе с ними поеду в Харнлонгр, а там Дан выделит мне отряд охраны для поездки в Нерг… Все будет хорошо, надо только немного подождать! Ну, это не проблема: я ждала и дольше…
И было еще одно. Ну, бабы есть бабы… Еще разговаривая с Веном и Даном, я случайно подняла глаза на Правителя. Он как раз беседовал с каким-то мужчиной, судя по выправке, военным в немалых чинах, и, казалось, был полностью поглощен тем, что ему говорили. На несколько мгновений наши взгляды — мой и Правителя, встретились. Делайте со мной, что хотите, но я уверена, что его глаза смеялись. Не будь здесь столько народу, он бы заулыбался и сам. Сохраняя на лице внимание к разговору с военным, Правитель потер пальцем свою шею с левой стороны. Ой, да у него же там небольшая царапина! А ведь именно в том самом месте, там, в комнате на постоялом дворе, я к его шее кинжал прижимала! О, Пресветлые Небеса, когда же я его кинжалом поцарапать успела? Видно, в какой-то момент нажала посильнее… А ведь он на меня за то ничуть не сердится! Скорее, его забавляет вся эта ситуация… Вот сейчас смотрит на меня, и как бы спрашивает: ну, что скажешь в свое оправдание? Мне осталось лишь чуть заметно развести руками — извини, мол, виновата, сказать нечего… Надо же, Правитель не удержался, улыбнулся, и глаза в сторону отвел… Мне тоже стало смешно: Правитель, человек в возрасте, ответственности на нем немеряно, а иногда ведет себя, как мальчишка! Верно говорят, что у каждого мужчины в глубине души живет подросток — озорник. Хорошо еще, что наш обмен взглядами длился всего несколько секунд, и никто ничего не заметил.
Даже вернувшись в свою камеру, я не утратила хорошего настроения. У меня было так светло на душе, что даже на Кисса я не обращала внимания. Удивительно, но он в тот день не доставал меня своими бесконечными придирками. Лишь покосился в мою сторону со своей лежанки, но ни слова не сказал. Уже легче!
И вообще, все замечательно: мне здесь, в этих стенах, надо потерпеть еще несколько дней заточения, а потом я выйду отсюда. Ничего нет страшного, подожду! Потом снова будет небо над головой и надежда на доброе будущее… С легким сердцем я уснула, и мне снились светлые, легкие сны, каких я не видела с самого детства.
