Преследователи окружили его и пытались ухватить зубами, но взмахи посохов каждый раз отгоняли хищников. Ариман обратился к восьмому уровню Исчислений. Чтобы остаться в живых, ему придется проявить агрессивность, но это лишь разожжет аппетит зверей. Хищники ринулись на него всем скопом, но Ариман следил за их нараставшей яростью и встретил атаку взмахами пылающего оружия.
Ближайшее существо попало под удар, и его существование на этом закончилось. Второй хищник взорвался под натиском мысли, которая одолела его голод и рассеяла сущность. Следующий враг бросился вперед. Ариману пришлось отскочить в сторону, имматериальные зубы щелкнули очень близко к его духовной сущности, едва ее не порвав. Но удар хеки в голову уничтожил врага, оставив лишь следы его первобытной ярости и голода.
Стая охотников отступила, ошеломленная таким отпором, но не в силах отказаться от погони. Охотники варпа обладали сильнейшими инстинктами, требующими удовлетворения. Стая будет нападать снова и снова.
Хищники атаковали его еще трижды. Каждый раз они были вынуждены отступить, но их становилось все больше, а Ариман слабел, теряя энергию.
Он не сможет долго поддерживать такой темп битвы. Бои в эфирном пространстве изматывали сильнее, чем в мире физическом. Там Астартес могли сражаться без отдыха целыми неделями, а здесь их время ограничивалось минутами. Воин Тысячи Сынов высокого ранга был способен странствовать в эфире дольше многих других, но интенсивность этой схватки требовала от Аримана крайнего напряжения.
Огромная пасть устремилась на него снизу; то была алчность, получившая огромные формы благодаря чьим-то неосторожным мыслям. Зубы хищника сомкнулись вокруг ноги Аримана, впились в его свет, и непреодолимая боль рассыпалась искрами сверкающих бриллиантов. Но в чудовище тотчас врезался посох, и оно исчезло, не успев насладиться своим триумфом.
Ариман больше не в силах был продолжать борьбу, и хищники, казалось, это прекрасно понимали. В нетерпении они затеяли свалку, отталкивая друг друга, чтобы насладиться убийством и получить самый лакомый кусок.
Запас энергии подходил к концу, и одна огненная хека уже погасла.
«Как обидно погибать после такого волнующего проблеска будущего».
А потом Великий Океан расколол протяжный вой, преследователи дрогнули от этого яростного крика, а из бушующих волн Великого Океана появилось темное пятно. Потом показались клыки, похожие на мечи из льда, и начали рвать охотников варпа. Это было сочетание формы и воли, отточенное до остроты кинжала, стремящееся только к уничтожению и начисто лишенное милосердия. В гуще схватки постепенно стали проявляться желтые горящие глаза, лохматая черная шкура и белые клыки, с которых стекала слюна.
Облик еще не до конца оформился в мыслях Аримана, а он уже увидел призрачный силуэт волка, своими размерами и мощью превосходящего все виденные им живые существа. Чудовищный волк быстро расправился с хищниками варпа, сопровождая ужасным воем каждый смертоносный укус и каждый взмах когтистых лап.
Внутри волчьего тела Ариман успел заметить мимолетный проблеск воли, которая им управляла, — далекий блеск брони, но не черной, а темно-серой с металлическим отливом. Волк снова взвыл, и волны ничем не сдерживаемой ярости разошлись по Великому Океану, как круги по воде от брошенного камня. Хищники, напуганные более сильным зверем, разбежались.
И словно капли чернил на промокательной бумаге, растворились в темноте.
Волк повернулся к Ариману. Его тело трансформировалось подобно игрушке оригами, пока не остался только образ, замеченный в его сердце, — тонкое тело Астартес в темно-серой броне Космических Волков.
Волк подплыл к Ариману, и, чтобы заметить первобытную и грозную энергию, наполнявшую этого странника, не требовалось особое умение. Его жизненная сила казалась невероятной. Если Аримана можно было сравнить с управляемым реактором, то этот воин сиял с интенсивностью сверхновой звезды. Оба они излучали опасность, оба сияли ярким светом, но Ариман мог выбрать единственную жертву из миллиона, а Волк был способен умертвить миллион людей, лишь бы уничтожить свою жертву.
Грозный хищник исчез, но Ариман мог разглядеть его в глубине сердца Астартес.
— Нам надо уходить, брат. — Голос Волка напомнил скрежет столкнувшихся ледников. — Чем дольше мы задержимся, тем больше хищников сбежится попировать на нашей сущности.
— Я тебя видел, — сказал Ариман. — Ты прибыл со Скарссеном.
— С лордом Скарссеном, — поправил его воин. — Но ты прав, брат. Мое имя Охтхере Судьбостроитель, я рунный жрец Пятой роты Космических Волков, которой командует Амлоди Скарссен Скарссенссон.
— Азек Ариман, главный библиарий Тысячи Сынов.
— Я хорошо тебя знаю, Азек Ариман. — Судьбостроитель сопроводил эти слова хищной усмешкой. — И давно хотел с тобой встретиться.
«На Фенрисе не водятся волки».
