По-справедливости – эта глава должна была стоять перед предыдущей. Лет на двести и более. Потому что Александр покорил не вовсе разные земли и народы. Он, строго говоря, сокрушил Великую Персию, как и мечтал. Империю Ахеменидов. И вот на ее-то территории основал державу собственную.
Царь Кир II Великий, вождь персов, стал царем Мидии, покорил Лидию, Вавилонию и еще многие царства. А сын его Камбиз II присоединил и Египет.
То гигантское государство включало в себя на севере и юге даже больше территории, чем позднее империя Александра. Лишь на Балканах владения ее были малы, кусок ближнего берега.
Кир и Камбиз, фигурально выражаясь, сколотили, расчистили и загрунтовали социально-географическое полотно для знаменитой исторической картины Александра. Подготовили площадку и удобрили почву.
Просто полководческий и государственный гений Александра позволил в несколько лет разбить, реформировать и взять под себя эту готовую империю – меньшими силами и на более высоком культурном уровне.
Историки это всегда знали. Но публику лишними знаниями обычно не грузят.
Заметьте: держава Кира исправно просуществовала почти два с половиной века, и пала под ударами сильного внешнего врага, а отнюдь не развалилась после смерти лидера без всяких внешних воздействий.
И никакими высокими философскими идеями он обуреваем не был, Кир. Извечное знание вело его: владеть великой державой – это хорошо, славно, похвально, престижно и выгодно.
Через две тысячи лет Железный Хромец Тимур скажет просто: «Этот мир недостаточно велик, чтобы им повелевало более одного владыки». Вот его солдаты будут складывать пирамиды из отрубленных голов врагов и непокорного населения. Армии Тимура громили соседей на всех четырех сторонах света. Держава его простерлась на всю Центральную Азию, включая Кавказ и Закавказье, Двуречье и Иран, Делийский Султанат и… В общем, более четырех с половиной миллионов квадратных километров площади. (Это половина площади США, включая Аляску, или полторы Индии.)
Мы опять нарушаем хронологическую последовательность. И опять возвращаемся на двести лет назад.
Кстати: двести лет, два века – это такой своеобразный шаг пульсации великих государств. Вам не кажется? Между пиками могущества и расцвета великих держав, сменяющих друг друга, часто оказывается как раз двести лет.
Итак. Чингиз-Хан создал величайшую империю во всей мировой истории. Она включала в себя Китай, всю Россию, кроме полярной тундры, всю Центральную Азию, Корею и Тибет, Двуречье и Кавказ. Площадь ее достигала невообразимого размера: более 33 миллионов квадратных километров! Это площадь США, России и Китая вместе взятых! Или иначе – 60 % всей площади материка Евразии, что есть 90 % обитаемых земель – без учета непригодных горных массивов и полярной тундры. Монгольские кони топтали Бирму и Вьетнам, Египет и Польшу, от Японского моря до Адриатики протянулась рука Великого Кагана.
И вот тут встает главный вопрос, веками не дающий покоя ученым. Вопрос важнейший и принципиальный:
Население Монгольской Империи к концу XIII века составляло около 160 миллионов человек (из 400 миллионов населения всей Земли тогда, включая дикую Африку и неоткрытую Америку). А самих монголов было не более 2 миллионов. Вероятнее – 1,5. Как они могли властвовать над 160 миллионами?! Над Китаем, Хорезмом, Арменией, Ираном? Без концлагерей и смертной казни за любое ослушание? Без надсмотрщиков и карательных гарнизонов во всех населенных пунктах?
Что сказал Великий Каган на белой кошме, избранный Великим Курултаем? Он сказал:
«Я хочу, чтобы девушка с подносом золота прошла из конца в конец мира, и ее золото, как и ее честь, остались в неприкосновенности».
Еще он сказал: «Есть много богов и много религий, но все пути ведут к Единому Небу, и нет в путях разницы».
Еще он дал народу Ясу – жесткий кодекс справедливых законов, законов чести: нельзя не оказать товарищу помощь в бою, нельзя обмануть доверившегося, нельзя причинить вред послу и многое другое. Преступление закона каралось чаще смертью.
Еще он постановил, что все подданные Государства равны во всех правах – независимо от происхождения и религии. И карьера открыта каждому.
Еще – разбойники и воры истреблялись беспощадно вместе со всей родней. Ибо в родных людях – один дух и одна мысль, одна доблесть и одна порча, полагали монголы. Не человек, но весь род есть единица населения. А порчу надлежит искоренять.
Все детали перечислять долго. Суть в том, что он требовал повиновения – но повиноваться его законам и порядкам было разумно и выгодно! Он не вмешивался в дела местных владык – но они всегда имели военную защиту и поддержку. Он проводил переписи населения и собирал справедливые налоги. Он поддерживал местных священников, а его наместники следили, чтобы местная власть не обирала народ до нитки (невыгодно, сокращает платежную базу). Любой мог выслужить чины в его армии.
