— Я не думаю, что ты полностью им доверяешь, — продолжала она. — Ну-ну, человечек, я предлагаю тебе мою добрую волю.
Вафф с опозданием начал понимать, что она собирается разыгрывать дружелюбие и искренность, очевидно отказавшись от своей предыдущей личины раздраженного превосходства. Осведомители Ваффа среди Затерянных сообщали, что Преподобные Черницы в своем подходе к сексу очень схожи с Бене Джессерит. Не попытается ли она заняться совращением? Но она ведь ясно ПОНИМАЕТ — и слабость логики видна ей самой. Это очень смущает!
— Наш разговор ходит кругами, — сказал он.
— Совсем наоборот. Круги замкнуты. Круги ограничены. Пространство, в котором растет человечество, больше не имеет границ.
Вновь она туда же! Он сухо промолвил:
— Как говорится, то, чем не можешь управлять, надо принимать.
Она наклонилась вперед, с напряжением вглядываясь оранжевыми глазами в его лицо.
— Допускаешь ли ты, что Бене Тлейлакс может постичь необратимая катастрофа?
— Если бы дело было в этом, то меня бы здесь не было.
— Когда логика проигрывает, то должен быть использован другой инструмент.
Вафф ухмыльнулся.
— Это логично звучит.
— Не насмехайся надо мной! Как ты смеешь!
Вафф защищающе поднял руки и произнес умиротворяющим тоном:
— Какой инструмент могут дать Преподобные Черницы?
— Энергию!
Такой ответ удивил его.
— Энергию? В какой форме и сколько?
— Ты требуешь логических ответов? — спросила она.
С чувством печали Вафф признал, что она вовсе не дзенсуннитка. Преподобная Черница лишь играет словами на кружевных оборочках нелогичного, воедино их собирая, но иголкой для этого служит логика.
— Рыба тухнет с головы, — сказал он.
Она словно и не заметила его слов.
— Есть невостребованная энергия в глубинах каждого человека, и мы, по нашей милости, ее раскрепощаем, — она вытянула палец-скелет перед его носом.
Вафф вдавился в кресло, и ждал, когда она опустит руку. Затем сказал:
— Не то же ли самое говорил Бене Джессерит до того, как произвел своего Квизаца Хадераха?
— Они контролировали и себя, и его — съязвила она.
«И опять она старается логически осмыслить нелогичное», — подумал Вафф. Как же много он понял из сделанных ею маленьких ошибок. Ему приоткрылась вероятная История Преподобных Черниц. Одна из случайно получившихся, САМОПРОИЗВОЛЬНЫХ Преподобных Матерей, возникшая среди Свободных Ракиса, ушла в Рассеяние. Самые разные люди бежали на не-кораблях сразу же после Времен Голода. Где-то не-корабль и высадил мегеру с ее концепциями. Посеянное семя вернулось в виде этой оранжевоглазой охотницы.
Снова пользуясь Голосом, она спросила:
— Что вы сделали с этим гхолой?
На этот раз Вафф был наготове — и только пожал плечами. Эту Преподобную Черницу нужно отвлечь совсем в другую сторону или, если это возможно, убить. Он многое из нее выведал, но невозможно сказать, сколько она вычитала из него с помощью своих, кто его знает каких, талантов.
«Они сексуальные чудовища, — сообщали его осведомители. — Они закабаляют мужчин силами секса».
— Как же мало ты знаешь о радости, которую я могла бы тебе дать, — сказала она. Ее голос обвил его хлыстом. Очень искушающе! Очень соблазнительно!
Вафф проговорил, защищаясь:
— Скажи мне, почему вы…
— Мне нет необходимости что-либо тебе говорить!
— Значит, сделка не состоялась, — печально проговорил он.
Те, другие, не-корабли засеяли те, другие, мироздания гнильцой. Вафф ощущал тяжкое бремя. А что если у него не получится ее убить?
— Как ты смеешь все время предлагать сделку с Преподобной Черницей? — спросила она. — Понимаешь ли ты, что цену назначаем мы?
— Мне не ведомы ваши обычаи, Преподобная Черница, — сказал Вафф. — Но по вашим словам я думаю, что я оскорбил вас.
— Принимаю извинение.
«О никаком извинении и не помышлялось!» Он вкрадчиво на нее посмотрел. По ее поведению можно было предсказать многое. Пользуясь своим тысячелетним опытом, Вафф мысленно подвел итог всему, что выяснил: эта женщина из Рассеяния пришла к нему из-за жизненно важной для нее информации. Значит, у нее нет другого ее источника. Он чувствовал в ней отчаяние. Хорошо замаскированное, но определенно присутствующее. Ей необходимо подтверждение или опровержение чего-то, чего она страшится.
Как же она похожа на орла, со своими когтистыми руками, так расслабленно брошенными на подлокотники кресла! «Рыба тухнет с головы». Он сказал это, она не расслышала. Понятно, атомарное человечество продолжает взрывообразно накатываться на это Рассеяние Рассеяний.
Люди, представляемые Преподобной Черницей, не изобрели способа засекать не-корабль. Вот в чем в итоге дело. Она так же охотится за не-кораблями, как и Бене Джессерит.
— Ты ищешь способ уничтожить невидимость не-корабля, — проговорил он. Это заявление от такого эльфоподобного манекенчика, сидящего напротив, было для нее крайне опасным.
Он заметил на ее лице страх, сменявшийся сперва гневом, а потом решимостью. Затем она закрылась непроницаемой маской хищницы. Она, правда, понимала, что он видел.
— Значит, вот что вы проделали с вашим гхолой, — сказала она.
— Это то, чего хотел Бене Джессерит, — солгал Вафф.