– Огромный нос?! – у блончинчика на лице отразилась буря эмоций: сначала недоумение, потом осознание, и наконец… обида. – Нормальный у меня нос!
И тут всех опять прорвало.
– Ну… он и правда… заметнее, чем у других, – преодолевая приступ смеха, проговорила Тиана.
– Издеваетесь? – насупился оборотень.
– Констатация факта, – невозмутимо ответил Андрас, поправляя перчатку и глядя куда-то в небеса.
– Твоё мнение меня интересует в последнюю очередь, рогатый. Ты бы сначала свои украшения ей показал, тогда и поговорим.
– Меняешь тему? – Андрас насмешливо поднял бровь. – Не стоит переживать, всегда можно обратиться к магии эльфов, там и нос подправят, и всё остальное.
– В отличие от некоторых, у меня все части тела выдающиеся, – с достоинством ответил Никлас, надменно вскинув подбородок.
– А ты мои лично проверял?
– Довольно! – Рианс не выдержал первым и решил остановить эти детские разборки. – Привала сейчас не будет. Через три часа мы доберёмся до приграничья с О́сфэром, там и разобьем лагерь. Утром пересечём границу. А теперь прекратите перепалку и вперёд, – сразу после этих слов он пришпорил коня, и тот галопом понёсся по дороге.
Тиана с Никласом заговорщицки переглянулись и, практически одновременно крикнув: «Кто последний – тот собирает хворост!», унеслись следом.
– Они это серьёзно? – я перевела взгляд с отдаляющихся спин на Андраса.
– Что тебя смущает? – не понял он.
Не отвечая, я вытянула руку вперёд и зажгла на ладони небольшой огненный шар, бросив на него выразительный взгляд, как бы говоря: «Ну что тут может быть непонятного?»
– Астрид, тебе в наставники точно не новичок был приставлен? – демон покачал головой, словно страдая от моих решений. – Поддержка любого заклинания без амулетов требует расхода резерва. Даже если это крохи, какой смысл терять их из-за пустяка, когда можно использовать подручные ресурсы?
Я раздражённо захлопнула пальцы, уничтожив пламя.
– Что ж… тогда поиграем в догонялки, зануда, – усмехнулась я, наклонившись вперёд и легко ударив пятками по бокам бурого жеребца.
Нетерпеливо пританцовывающий скакун обрадованно сорвался с места. Копыта захлюпали по влажной земле, отбрасывая комья грязи и талого снега. Свежий, с терпкой примесью сырой древесной коры воздух рванулся навстречу, охватывая лицо и тело упругими потоками.
Жеребец мчался всё быстрее. Его, как и меня, охватил азарт. Забыв о спутниках, я приникла к шее коня, сливаясь с ним в едином порыве – вперёд. Всё остальное потеряло смысл, отодвинулось куда-то. Всё, кроме движения и ритма копыт, в такт которому стучало моё сердце. Ветер бил в лицо, врывался под воротник. В какой-то момент я прикрыла глаза, желая сохранить это ощущение: конь летит, и я лечу с ним, оставляя за спиной страхи, боль, обязательства.
И только когда скорость немного упала, а лёгкая испарина на лошади заискрилась в свете солнца, я поняла, что улыбаюсь. Это было нечто большее, чем просто удовлетворение от погони: тишина внутри, спокойствие, редкое и почти забытое.
Постепенно мы перешли на шаг, и я похлопала жеребца по влажной тёплой шее. Он фыркнул, запрокинул голову и тряхнул гривой, будто соглашаясь с моими мыслями.
– Удивительно, – тихий голос прозвучал неожиданно близко, но не испугал. Он словно влился в звуки окружающего мира: в стук копыт и шёпот ветра, что перебирал мои волосы.
Я повернула голову. Рианс ехал рядом чуть отстав, расстояние между нами не больше пары шагов. Взгляд его был устремлён на горизонт, где деревья и холмы чертили границу между небом и землёй. Руки держали поводья свободно, скакун шёл как будто сам по себе.
– Что именно? – спросила я после паузы.
– Ты умеешь улыбаться. По-настоящему.
Я уже открыла рот, чтобы огрызнуться или пошутить, но передумала. Слова не были брошены с издёвкой, он просто… отметил факт. Без попытки разглядеть больше. И это заставило меня опустить взгляд, его простое наблюдение оказалось неожиданно слишком откровенным.
Детская забава с догонялками напомнила мне о времени, когда поездки на лошадях были не заданием, а прогулкой. Когда встречи с папенькой не назывались «приём». Когда я могла выбирать, а не следовать инструкциям.
Хруст веток под копытами напомнил о том, где я нахожусь. Конь фыркнул, ускорил шаг.
– А теперь ты грустишь, – добавил Рианс тем же ненавязчиво-спокойным тоном.
Я чуть сильнее натянула поводья, сдерживая скакуна, и отвернулась, будто заинтересовавшись ближайшими кустами, на которых начали проклёвываться почки.
– Соседство угнетает, – буркнула в ответ, стараясь не выдать настоящих эмоций.
– Прекрасно тебя понимаю. Сам не в восторге.
– Тогда что ты тут делаешь? – спросила я, посмотрев на него через плечо.
Рианс ответил не сразу. Мне показалось, будто он собирается сказать что-то серьёзное, но вместо этого чуть подался вперёд и легко ударил пятками по бокам своего жеребца. Конь под ним вскинулся и сорвался в галоп.
– Выполняю задание магистра Салтона, – крикнул Рианс, обернувшись. – А сейчас собираюсь одержать победу!