— Да, мой король. Как вам будет угодно, — одновременно ответили почти все присутствующие в зале люди.
— Вот и славно, — кивнул он головой. — А теперь, раз вам так неймётся, мы продолжим. И начнём, пожалуй, с вопроса, который был милостиво поднят графом Диттом…
Видя, что возражений не последовало, он начал обсуждение, чем дал всем возможность вздохнуть с облегчением, ведь буря, которая уже была готова подняться, была успешно подавлена.
…
Но всё же было печально осознавать, что внутри Совета существовал такой разброд, ведь верхушка власти — стержень, на котором держалась вся жизнь королевства, в отличии от представления граждан, всё же не была единой, медленно, но верно прогнивая изнутри…
После того, как собрание закончилось, Римур, неожиданно для себя получил послание от архимага, который жаждал встретиться с ним в неофициальной обстановке. Отказывать ему патриарх не стал, и раз выбор места и времени оставались за ним, он никуда не спешил, с удовольствием променяв бархатную обивку кареты на умиротворяющую прогулку по городу.
— Ваше превосходительство, как вам удается все это терпеть? — спросил у патриарха один из верных церкви дворян, сопровождающих его к главному храму.
— Терпеть что, дорогой мой друг? — спросил Римур, медленно шагая вперёд.
— Его отношение! Пусть даже грубость в отношении себя вы еще можете стерпеть, но ведь не его же презрительное отношение к нашему Богу — владыке всего сущего… — эмоционально закончил мужчина.
Однако его чувства и мысли не достигли Римура, разбившись о проявленное им спокойствие, будто о скалы.
— Тиам, друг мой, ты не видишь общей картины, слепо двигаясь в том направлении, которое придумал для себя сам, — ответил патриарх, для которого данная тема не была безразличной. — Вера — это не цель, не смысл жизни и не бездумное следование за традициями. Вера — это нечто большее. Всеобъемлющее! И в то же время простое и невыразительное, — на словах было просто, но донести свою мысль до последователей было сложно.
Они просто не воспринимали мир так, как видел его сам Римур.
Но винить в этом стоило саму церковь и ее учение, которое даже не подразумевало ничего подобного.
— Жить согласно морали и принципов. Устоев и целей. Вот правильный путь! Ведь вера… рождается на поприще принятых нами решений. Наши мысли и чувства — это и есть вера… — закончил Римур, ставя точку во всем разговоре. И его слова не были лишены смысла, ведь данная эпоха была полна божеств — молодых и старых. Выбирай на любой вкус.
Хочешь — чти мстительного и безжалостного Рабена. Хочешь — возноси молитвы светлому лику Нимелии. А хочешь — поклоняйся Ситу — богу справедливости. Да хоть самому властителю Смерти — главное, не беспокой своими речами иноверцев!
Однако не все были готовы принять эти истины. А как иначе, ведь патриарх, невзирая на глубокую веру в Истинного бога, дал волю чувствам и позволил своим мыслям сорваться с языка, невольно признав право иных богов на существование!
Принять такое было непросто, даже при учёте того, что между Истинным Богом и сворой иных божеств, существовало так называемое примирение…
— Ну, вот и всё. Думаю, я уже достаточно сказал, да и не стоит сейчас поднимать подобные темы, — вздохнул патриарх, прерывая свои размышления. — Но, исходя из услышанного, вам должно быть понятно, что гневаться на Альтероса у меня нет причин, — сказал он, приметив вдалеке стены храма.
— Кроме того, — добавил он. — В словах архимага редко проскальзывает истинная правда — все больше шутки да издевки, поэтому грех гневаться на того, кто просто с тобою играется.
— Да, вы, скорее всего, правы, ваше превосходительство… — согласились с ним остальные, даже если не полностью поддерживали его мнение.
Ну, а что на счёт патриарха, то он уже сказал всё, что хотел, и мысли прочих его не волновали.
…
Оказавшись рядом со своей резиденцией, Римур решил немного изменить свои планы, приняв гостя не у себя дома, а в храме Истинного Бога. И не столько из-за желания избавится от хвоста из наскучивших дворян, сколько из-за родившегося на совете чувства, требовавшего отплатить архимагу за наглость.
И пусть даже это будет простая шалость, он не собирался отказываться от порыва, испортить «кое-кому» настроение. А случая лучше может уже и не представиться, ведь магия перемещения, которую маг будет использовать для перехода сквозь пространство, в храме не сработает. Божественная воля просто не даст кому-то вторгнуться на свою территорию.
Пусть это не остановит Альтероса, но уж точно позлит.
— Так дела не делаются… — отругал себя патриарх. — Однако все должны получать согласно своим поступкам… — закончил он, закрывая за собою дверь в одну из специально спроектированных комнат. Ее использовали исключительно для тайных встреч, поэтому он, не колеблясь, призывал в нее архимага.
Пару секунд тишины, легкий треск и пред его взором заискрилась портальная арка, оповещая о приходе гостя. Но не прошло и мгновения, как портал ощутимо изогнулся, готовый в любую секунду схлопнуться обратно.
— То-то же! — довольно улыбнулся Римур своей маленькой шалости.
