Гастингс повернулся лицом к двери и принялся следить. Вошла Люсия, прошла и села на стул справа от стола. Появился Ричард под руку с теткой, которая тут же устроилась на стуле. Ричард же встал возле граммофонного столика, откуда ему было хорошо видно жену. Пришел Эдвард Рейнор, расположился сзади за креслом, облокотившись на спинку. Последним вошел констебль Джонсон, который поплотнее закрыл дверь и встал рядом, словно на страже.
Ричард представил инспектору тех, кого он еще не видел.
– Моя тетя, мисс Эмори. Моя кузина, мисс Барбара Эмори.
Барбара кивнула головой и тотчас спросила:
– Отчего такой переполох, инспектор?
Джепп не удостоил ее вопрос вниманием.
– Та-ак, кажется, все в сборе, не так ли? – проговорил он, направляясь к камину.
Растерянная и немного встревоженная Кэролайн повернулась к племяннику.
– Не понимаю, – сказала она, – чего от нас хочет этот джентльмен?
– Я должен тебе кое-что сказать, – ответил Ричард. – Видишь ли, тетя Кэролайн... Видите ли, – повторил он, обращаясь ко всем сразу, – сегодня утром при вскрытии было установлено, что отец умер не от сердечного приступа. Его отравили.
– Что? – громко воскликнул Рейнор.
Мисс Эмори от ужаса вскрикнула.
– Его отравили гиосцином, – продолжал Ричард.
Рейнор вздрогнул.
– Гиосцином? – переспросил он. – Но... – и умолк, глядя в лицо Люсии.
К нему шагнул инспектор Джепп.
– В чем дело, мистер Рейнор?
Секретарь смутился.
– Нет, нет, ничего. Я видел только... Но... – нерешительно проговорил он и снова замолчал.
– Извините, нам необходимо знать все, что касается вчерашнего вечера, – настойчиво проговорил Джепп. – Вы же хотели что-то сказать.
– Нет-нет, поверьте, – заупрямился секретарь. – То есть я имею в виду, что всему наверняка есть разумное объяснение.
– Всему чему, мистер Рейнор?
Рейнор все еще колебался.
– Я видел лишь, – не сразу выговорил Рейнор, – как миссис Эмори высыпала в ладонь таблетки.
– Когда?
– Вчера вечером. Я как раз вышел из кабинета. Все стояли у граммофона. Стояли спиной. А миссис Эмори взяла склянку... кажется, это была склянка с гиосцином... и высыпала себе в ладонь почти все.
– Почему вы молчали об этом раньше? – спросил Джепп.
Люсия хотела что-то сказать, но инспектор остановил ее:
– Одну минуту, миссис Эмори. Сейчас я хочу выслушать мистера Рейнора.
– Я забыл, – сказал Рейнор. – И вспомнил только теперь, когда услышал, что сэра Клода отравили. Разумеется, это совпадение. Понимаю. В конце концов, миссис Эмори могла отсыпать себе и другое лекарство. Склянка в ящике не одна.
Джепп повернулся к Люсии.
– Ну, мадам, теперь что скажете вы?
– Мне понадобилось снотворное, – с трудом выдавила из себя она.
– Вы точно видели, сколько таблеток взяла мадам? – снова повернулся к Рейнору инспектор.
– Мне показалось, что много, – ответил тот.
– Сколько нужно таблеток, чтобы уснуть, мадам? Одна, две. Что вы сделали с остальными?
– Я... не помню... – не сразу ответила Люсия.
Она хотела было что-то добавить, но тут вскочил Карелли.
– Видите, инспектор? Вот вам и убийца!
Барбара вскочила с дивана, метнувшись в другой край комнаты. Гастингс же подошел и встал с ней рядом.
– Я все расскажу, вы хотели правду, инспектор, так получите. Я приехал сюда специально встретиться с этой женщиной. Она сама послала за мной. Сказала, что хочет добыть расчеты взрывчатки и продать. Да, признаю, в прошлом я действительно занимался подобными операциями.
– Не похоже на полное признание, – Джепп встал между ним и Люсией. – Все это мы и так знаем. – Он повернулся к Люсии. – Что скажете вы, мадам?
Побледнев как полотно, Люсия поднялась. Ричард невольно шагнул к ней.
– Я не позволю... – начал было он, но инспектор остановил его:
– Погодите, сэр.
Карелли заговорил снова:
– Посмотрите на эту женщину. Кто-нибудь из вас знает хоть, кто она такая? Так я вам скажу. Это дочь Сельмы Готц. Дочь самой опасной женщины в мире!
– Это неправда, Ричард! – крикнула Люсия. – Неправда! Не слушай его...
– Я тебе все кости переломаю! – рявкнул Ричард.
Джепп преградил дорогу, заслонив собой Карелли.
– Успокойтесь, сэр. Пожалуйста, возьмите себя в руки, – потребовал он. – Нужно выяснить все до конца. Итак, миссис Эмори, мы слушаем.
Наступило молчание. Люсия хотела заговорить и не смогла.
– Я... я... – голос ее прервался.
Она посмотрела на мужа, потом повернулась к Пуаро и умоляюще протянула к нему руки.
– Наберитесь мужества, мадам, – посоветовал Пуаро. – Доверьтесь мне еще раз. Скажите. Скажите им все как есть. Наступил момент, когда лгать больше нельзя. Пора сказать правду.
Люсия молча смотрела ему в глаза, но он лишь повторил:
– Наберитесь мужества, мадам.
И он вновь отошел к окну.
Люсия заговорила не сразу. Она долго молчала, потом глухо произнесла:
– Это правда. Да, я действительно дочь Сельмы Готц. Но я никогда не просила этого человека сюда приехать и никогда не предлагала ему купить расчеты сэра Клода. Он приехал сам, чтобы шантажировать меня.
– Шантажировать! – Ричард не поверил своим ушам.
Он двинулся к жене. Люсия повернулась и посмотрела ему в лицо.
