Эркюль Пуаро полностью

– Нет, не Эммотт, мосье Пуаро, – возразил он, – его надо исключить. Он, помните, был на крыше вместе со мной в течение этих десяти минут.

– Тем не менее. Он мог бы спуститься, пройти прямо в комнату миссис Лейднер, убить, а потом позвать боя. Или он мог бы убить ее в один из моментов, когда отсылал боя к вам.

Доктор Лейднер покачал головой, бормоча:

– Какой кошмар! Это все такая фантастика.

К моему удивлению, Пуаро согласился.

– Да, верно. Это фантастическое преступление. Не часто с таким сталкиваешься. Обычно убийство корыстно, очень глупо. Но это необычное убийство... Я подозреваю, доктор Лейднер, что ваша жена была исключительной женщиной.

Он попал в точку, я даже подскочила.

– Вы согласны, сестра? – спросил он.

Доктор Лейднер сказал спокойно:

– Расскажите ему, сестра, что собой представляла Луиза. Вы человек незаинтересованный.

Я говорила совершенно искренне.

– Она была очень красивой, – сказала я. – Нельзя было не восхищаться ею. Я никогда в жизни не встречала таких, как она.

– Спасибо, – сказал доктор Лейднер и улыбнулся мне.

– Это ценное свидетельство, исходящее от человека со стороны, – вежливо сказал Пуаро. – Итак, приступим. Под заголовком «средства и возможности» мы имеем семь имен: сестра Лезеран, мисс Джонсон, миссис Меркадо, мистер Меркадо, мистер Рейтер, мистер Эммотт и отец Лавиньи.

Он еще раз прокашлялся. Я всегда замечала, что иностранцы издают самые необычные звуки.

– Давайте на время предположим, что наша третья версия – правильная. То есть что убийцей является Фредерик или Вильям Боснер и что Фредерик или Вильям Боснер является участником экспедиции. Но сравнивая оба наши списка, мы можем сократить число подозреваемых до четырех. Отец Лавиньи, мистер Меркадо, Карл Рейтер и Дэвид Эммотт.

– Отец Лавиньи вне подозрений, о нем не может быть и речи, – решительно сказал доктор Лейднер. – Он из ордена «Белые отцы», из Карфагена.

– И борода у него настоящая, – вставила я.

– Ma soeur, – сказал Пуаро, – первоклассный убийца никогда не носит фальшивой бороды!

– Откуда вы знаете, что убийца первоклассный? – дерзко спросила я.

– Если бы он не был таким, мне бы уже давно было все ясно, а здесь, как видите, нет.

«Это чистое бахвальство», – подумалось мне.

– Все равно, – сказала я, возвращаясь к бороде, – надо много времени, чтобы ее отрастить.

– Это – полезное наблюдение, – заметил Пуаро.

– Нет, это нелепо, совершенно нелепо, – возмущенно сказал доктор Лейднер. – Оба, и он, и Меркадо, достаточно известные люди. Их давно и хорошо знают.

Пуаро повернулся к нему:

– У вас нет настоящей версии. Вы недооцениваете важного момента. Если Фредерик Боснер не умер, чем он занимался эти годы? Он должен был взять себе другое имя, он, должно быть, сделал карьеру.

– Как, в качестве белого отца? – скептически спросил доктор Райлли.

– Да, немного странно это, – признался Пуаро, – но мы не можем сбрасывать его со счетов, как и другие предположения.

– Это вы о молодежи? – сказал Райлли. – Если хотите знать мое мнение, лишь один из подозреваемых вами заслуживает немного внимания.

– И кто же?

– Карл Рейтер. Конечно, против него тоже практически ничего нет, но, если присмотреться, нам придется признать несколько обстоятельств: у него подходящий возраст, у него немецкие имя и фамилия, в этом году у него первый выезд, и что-что, а возможность у него была. Ему нужно было лишь ненадолго покинуть свою фотолабораторию, пересечь двор, совершить свое черное дело и незаметно проскочить назад, пока свободен путь. Если бы кто-то в его отсутствие заглянул в фотолабораторию, он всегда мог потом сказать, что был в темной комнате. Я не говорю, что он тот, кого мы ищем, но если уж кого-то подозревать, то он, бесспорно, наиболее подходящий.

Пуаро не проявил восторга. Он мрачно кивнул и с сомнением заключил:

– Да. Он наиболее вероятен, но, как говорится, не все так просто. – Потом сказал: – Давайте пока прервем наши рассуждения. Я бы хотел, если позволите, осмотреть комнату, где произошло преступление.

– Пожалуйста. – Доктор Лейднер пошарил у себя в кармане, потом взглянул на доктора Райлли. – Капитан Мейтленд взял ключ, – сказал он.

– Мейтленд отдал мне, – сказал Райлли. – Ему надо было ехать на это курдское дело.

И он достал ключ.

– Вы не будете возражать, если я не... – нерешительно сказал доктор Лейднер. – Может быть, сестра...

– Разумеется, разумеется, – сказал Пуаро. – Я отлично понимаю. Ни в коем случае не желаю понапрасну причинять вам боль. Не будете ли вы любезны проводить меня, ma soeur?

– Конечно, – сказала я.

Тело миссис Лейднер увезли в Хассаньех на вскрытие, но все в ее комнате оставалось в точности на своих местах. В ней было так мало всего, что полиции не потребовалось много времени, чтобы детально изучить ее.