Эркюль Пуаро полностью

– О, конечно нет, миссис Бэнкс. Я сменю белье на моей постели, а сама великолепно устроюсь здесь, на кушетке.

– Но ведь я вполне могу спать в комнате тети Коры.

– Вы... ничего не имеете против этого?

– Из-за того, что ее там убили? О нет, мисс Гилкрист, нервы у меня достаточно крепкие. Там ведь... все теперь в порядке?

Мисс Гилкрист поняла смысл вопроса.

– Разумеется, миссис Бэнкс. Все одеяла отправлены в чистку, и мы с миссис Пантер выскребли всю комнату. Но поднимитесь и взгляните сами.

Комната, где Кору Ланскене настигла смерть, была чистой, свежей и абсолютно лишенной какой бы то ни было зловещей атмосферы. Она отражала свойственное Коре отсутствие вкуса. Над камином висело писанное маслом изображение молодой полногрудой особы, намеревающейся войти в купальню. При взгляде на нее Сьюзен содрогнулась. Мисс Гилкрист пояснила:

– Это нарисовал супруг миссис Ланскене. Внизу много его картин.

– Какой ужас!

– Самой мне не очень нравится такой стиль, но миссис Ланскене весьма гордилась своим мужем и считала, что его творчество просто никто не понимал.

– А где картины самой тети Коры?

– В моей комнате. Хотите посмотреть?

Мисс Гилкрист с гордостью продемонстрировала свои богатства. Сьюзен сказала, что тетя Кора, по-видимому, обожала приморские деревушки.

– О да, она много лет прожила с мистером Ланскене в маленькой рыбацкой деревушке в Бретани. Рыбачьи лодки так живописны, не правда ли?

– Несомненно, – пробормотала Сьюзен.

Все картины Коры вообще-то больше всего смахивали на цветные почтовые открытки своею верностью деталям и слишком яркими красками. Казалось, они просто срисованы с таких открыток. Но когда Сьюзен решилась высказать это соображение, мисс Гилкрист была шокирована.

– Миссис Ланскене всегда рисовала только с натуры. Однажды она даже получила солнечный удар, потому что не хотела упустить удачное освещение. Миссис Ланскене была настоящей художницей, – заключила мисс Гилкрист, взглянув на часы.

– Нам пора отправляться на дознание, – тут же заторопилась Сьюзен. – Это далеко? Подогнать машину?

– Всего пять минут ходьбы, – ответила мисс Гилкрист.

Они отправились пешком.

Мистер Энтвисл, приехавший поездом, встретил их и проводил в сельскую мэрию.

На дознание, по-видимому, собралось много посторонних. В самой процедуре, впрочем, не было ничего сенсационного. Показания об опознании личности убитой. Показания врача о характере ранений, повлекших за собой смерть. Его же мнение, что жертва в момент гибели была, очевидно, под воздействием какого-то наркотического, вероятнее всего снотворного средства и оказалась застигнутой совершенно врасплох. Мисс Гилкрист рассказала, как и когда она обнаружила труп. Констебль и инспектор Мортон также дали свои показания. Коронер подвел итог. Вердикт был вынесен быстро и гласил: «Убийство, совершенное неизвестным лицом или лицами».

На том дело и кончилось. Мистер Энтвисл ловко провел дам мимо нескольких репортеров, щелкавших фотоаппаратами, в сельскую гостиницу с баром под названием «Королевский герб», где он предусмотрительно заказал ланч в отдельную комнату. Предложив женщинам садиться, он выразил опасение, что ланч будет не очень хорош.

Но ланч оказался совсем не плох. Мисс Гилкрист, для приличия пару раз шмыгнув носом, с аппетитом откушала ирландского рагу и даже, по настоянию мистера Энтвисла, осушила рюмку хереса.

– Я и понятия не имел, – обратился юрист к Сьюзен, – что вы приедете сегодня. Мы могли бы отправиться вместе.

– Да я и не думала приезжать сюда так скоро. Но в последнюю минуту решила, что все-таки свинство, если не будет никого из семьи. Я позвонила Джорджу, но он страшно занят, у Розамунд репетиция, а дядя Тимоти вообще не в счет. Так что пришлось ехать мне.

– А ваш супруг?

– Грег не смог выкроить времени: ему надо все уладить со своей нудной аптекой.

Поймав удивленный взгляд мисс Гилкрист, Сьюзен объяснила:

– Мой муж работает в аптекарском магазине.

Наличие мужа, работающего в торговле, не очень вязалось с элегантным видом Сьюзен. Но компаньонка тем не менее смело заметила:

– О, совсем как Китс[5].

– Грег не поэт, – сказала Сьюзен. – У нас с ним грандиозные планы на будущее: кабинет красоты и при нем лаборатория для изготовления косметических средств по нашим собственным рецептам.

– Вот это гораздо приличнее, – сказала мисс Гилкрист. – Это напоминает Элизабет Арден, которая на самом деле была графиней. Или Елену Рубинштейн? Во всяком случае, аптека – это не какой-то обычный магазин, вроде магазина тканей или бакалейного.

– Ведь у вас у самой была чайная, не правда ли?

– Совершенно верно.

Лицо мисс Гилкрист просветлело. Ей раньше никогда не приходило в голову, что кто-то мог счесть ее незабвенную чайную чем-то имеющим отношение к обычной торговле. Для нее содержать чайную было воплощением респектабельности. Она начала рассказывать Сьюзен о своей «Ивушке».

Мистер Энтвисл, уже слышавший это раньше, задумался о другом, и только повторное обращение Сьюзен заставило его поспешно извиниться.