Императрицу, как и говорил Ивушкин, я нашёл в Собственном саду, где она находилась с детьми, в окружении свиты, в которую входили Ксения и Маша. Там же были Сандро и Великий князь Михаил Александрович. День для середины октября был удивительно солнечным и теплым. Деревья и галереи из кустов окрасились в золото и багрянец, завораживая всех своим видом.
Вся большая компания расположилась в самом центре сада на лавочках и в галерее - перголе рядом со статуей богини цветов Флоры, от которой начинались дорожки-лучи и стояли десять монументальных герм, мастерски выполненных из каррарского мрамора.
Я подошел и тут же оказался в центре внимания детей старшего возраста, у которых верховодил девятилетний император Александр IV. Старшая дочь Сандро - Ирина была на месяц старше Александра, но всегда признавала во всём первенство двоюродного брата. Ещё в их компании были: восьмилетний Алексей Николаевич, семилетний Андрей Александрович и шестилетний Фёдор Александрович. И мои глаза на лоб полезли, когда я увидел среди этой стайки детей своих племянников Шуня и Бао.
Алена вместе с детьми уехала вместе с Машей, но я думал, что она в нашем имении проживает или в квартире в Санкт-Петербурге, а если племянники здесь, то и сестра должна быть во дворце.
«Неужели мои мысли о том, что мой шурин - дзяньдзюнь провинции Цзилинь Чан Шунь может стать правителем Маньчжурии после смерти императора Цзайтяня стали обрастать плотью, - подумал я, приседая и обнимая племянников, которые, наплевав на все условности, с криком дядя Тимофей подбежали ко мне и прижались с двух сторон. – Я в своё время рассказал Сандро и Михаилу, что Чан происходит из древнего маньчжурского рода, ведущего свое начало ещё из клана Ваньянь, глава которого Агуда в начале XII века стал основателем чжурчжэньского государства Цзинь. Гирин – второй по значимости город Маньчжурии после Мукдена. За Шунем от двадцати до сорока тысяч подготовленных войск нового строя. А лет через двадцать-тридцать новым императором Маньчжурии может стать и мой старший племянник Чан Шунь – полный тёзка своего дяди. Сестра будет матерью, а я родным дядей императора Маньчжурии».
- Дядя Тимофей, ты убьешь того, кто убил моего папу? – прервал мои размышления вопрос Александра IV.
Я поднял голову и посмотрел в глаза молодого императора. Сын Николая смотрел на меня серьезно и требовательно, и вид его не соответствовал девятилетнему возрасту. Так смотрит взрослый человек, понёсший большую утрату.
- Да, мой император, клянусь, найду и убью, - произнёс я, выпрямившись и приняв строевую стойку.
- Тимофей Васильевич, что вы говорите ребенку!? – резко произнесла вдовствующая императрица, вышедшая только что из галереи – перголе.
За ней вышла Алёна и её младший сын Фанг, облизывающий губы с остатками крема и со светящимися от детского счастья глазами. Моя супруга, державшая на руках Василька, и Великая княгиня Ксения, которые всё видели, осуждающе покачали головой. Сандро громко хмыкнул, а Михаил посмотрел одобрительно.
- Александр, ты не должен так говорить, - Елена Филипповна подошла к сыну и положила ладонь на его голову, попытавшись прижать ребенка к себе.
Мальчик, мотнув головой, сбросил руку матери и, вскинув голову, глядя ей в глаза, произнёс:
- Мама, я знаю, кто и как отомстил за смерть моего деда, бабушки, дяди Георгия и тёти Оли!
- Сынок, что ты говоришь?! – Елена прикрыла рот рукой.
- Я знаю, мама. Случайно услышал ваш разговор с отцом! И хочу, - мальчик на несколько секунд замок, а потом твёрдо произнёс, - я, как император, требую, чтобы дядя Тимофей также отомстил за смерть моего отца. Слышите, все? Я требую…
Голос мальчишки сорвался, и он, всхлипнув, рванул по аллее, ведущей к дворцу. Императрица застыла столбом, закрыв глаза руками. Ксения и Мария превратились в милых героинь аниме из-за широко открытых глаз, да и рты у них приоткрылись.
Первой среагировала Ирина, которая молча побежала за своим двоюродным братом. За ней сорвались Алексей и Андрей. Ещё секунда из галереи – перголе буквально вылетела агентесса Соболева Наталья, точнее, уже Иларионова и понеслась за детьми.
«Ширинкин поставил в ближний круг охраны императора агентесс», - подумал я, глядя на Великого князя Михаила Александровича.
Тот пожал плечами и кивком головы указал на застывшую императрицу. Фёдор, Шунь и Бао посмотрели на матерей. Ксения, державшая за руку четырехлетнего Никиту, другой рукой подозвала Фёдора к себе. Алёна сделала тоже самое. После чего обе женщины вместе с детьми также направились в сторону дворца.
Маша подошла ко мне и сунула в руки сына, после чего подошла к императрице и, приобняв ее, повела в галерею – перголе, где, как я понял, был накрыт стол для полдника. Сандро и Михаил направились следом, а я с Васильком уселся на лавку, которая стояла у стены перголе.
Сын доверчиво смотрел на меня голубыми, как у матери глазами, а потом чётко произнёс: «Папа».
