– Так, котик, стоп. Ну реально. Мне приятно и все такое, просто хочу понять, как тут вообще все устроено. А то нас никто так и не собрал, ничего не рассказал. Что вообще будет, какая программа, и когда завтрак, например? Или, – я прищурилась, глядя в его приятное расслабленное лицо, – или никакой программы не будет, и все это была замануха, а на деле к каждому приставили партнера для секса на время тура и на этом все?
Я почти была уверена, что он ответит утвердительно. Что поделать, ну у нас в стране часто такое бывает – расписывают все по самым действенным законам маркетинга, а потом выполняют от силы десятую часть обещанного.
Макс вздохнул, присел на кресло, закинул ногу на ногу. Он чертовски привлекательно смотрелся на этом красном кресле в своем черном смокинге с белой рубашкой, карие глаза смотрели с мягкой, панибратской такой, симпатией.
– Лия, твой мозг перерабатывает, – ляпнул он и хохотнул. – Ты всегда все так анализируешь?
– О Боже, даже тебе это заметно?
– Если я в эскорте, это не значит, что я тупой, – обиделся он.
– Ой, Макс, я не про твои умственные способности, а про твой возраст. Тебе сколько, двадцать четыре? Больше? Меньше?
– Двадцать три, – нехотя признался он.
– Ну вот. Я бы в свои двадцать три никогда бы не заметила, что кто-то что-то анализирует.
– То есть, это, в итоге, комплимент ты мне сказала? – довольно заключил он.
Теперь хохотнула я.
– А ты, Макс, я смотрю, не пропадешь.
– А то! – он взглянул на часы. – Так вот, Лия. Сейчас шесть часов утра. Ты просто слишком рано встала. Большинство еще спит, потому тебя никто никуда не зовет. Это всегда так. Первая приветственная вечеринка, где все знакомятся и получают сразу, сходу, большую дозу внимания, обычно потом выбивает всех из колеи как минимум до обеда следующего дня. Так что встреча, то самое собрание с кураторами и гидом, состоится за бранчем – в 12.30. А для тех, кто проспит или опоздает – еще раз в 15.30.
– Обалдеть, так полдня можно было просто валяться?
– Можно было, – с сожалением протянул Макс и зевнул.
Я сразу раскусила его намек. И заулыбалась.
– Окей, кот. Давай тогда так. Насколько я поняла, тебе выгодно задержаться у меня на как можно подольше. – он скривился, но я тут же закатила глаза, – ой, да ладно тебе, я просто называю вещи своими именами, без обид, только с анализом, – тут мы посмеялись вместе. – Так что предлагаю такой сценарий. Ты сходишь к себе, примешь душ, переоденешься и придешь ко мне в нормальной дневной одежде. И заодно притащишь завтрак в номер. Я понимаю, что могу заказать, но вот мне хочется, чтобы принес его ты. На свой вкус. Но… Чтобы там была яичница с беконом. Фрукты, желательно с манго, апельсиновый фреш и капучино с толстой пенкой. А так на твой выбор.
– Угу, я понял, на мой выбор.
Мы снова поржали.
– Ну и себе там возьмешь что-то. И придешь, поедим, поваляемся еще. В общем, план такой.
Макс поднялся, пошел к двери, потом обернулся и изрек:
– А ты любишь командовать, да? Чтоб мужик был у тебя под каблуком.
С этими словами он вышел.
А вот я конкретно задумалась.
Да не просто задумалась. Я офигела.
Ведь мы с вами очень редко так именно трушно самокритичны, разве нет? Чтобы я хоть раз призналась сама себе, что я люблю командовать и что мне нужен подкаблучник?!
Что вы! Нет! Конечно же нет! Я же нежнейшее создание. Я эталон женственности. Я всегда уступлю (если меня дожмут и переубедят), я прислушаюсь (если меня перекричат), я сделаю шаг навстречу первая (если меня об этом попросят, стоя на коленях), я всегда прощу (с десятой попытки и кучи подвигов и извинений).
– Ну жесть. А ведь мальчик-то прав.
Я настолько обалдела от такого открытия, что тут же, невзирая на столь ранний час, бросилась трезвонить Вере. Правда, подруга ранняя пташка, так что трубку взяла сразу же.
– Алло? Ты что, еще не ложилась? – сходу съязвила она.
– Нет, Вера, я уже встала и даже приняла душ. Слушай, Вер…
– Ну что там, рассказывай!
– Да тут капец… Но подожди, мне сначала надо сказать дичайшую вещь!
– Ну, говори! – Вера, казалось, прямо дыхание затаила. Интересно, что она ожидала услышать.
– Слушай, похоже, я мистрес.
– Что?
– Ну, доминантная женщина.
– А с чего это?
– Ну, с того, что люблю командовать и ищу подкаблучников.
– Да ну, Лия, с чего ты взяла. Вспомни своих бывших. Кто из них был подкаблучником?
И я стала вспоминать.
Ну, вообще-то, у меня всегда было свое мнение и свое виденье. Но при этом я никому его не навязывала. Скорее, хотела быть на равных. Или не быть в отношениях.
Я это и проговорила Вере, и тут снова офигела.
– Слушай, у меня прямо открытия за открытиями, а тур, по сути, толком еще и не начинался. – я стала копаться в сумочке в поисках сигарет. – Вера, это так странно. Странно снова чувствовать, что кто-то чего-то от меня хочет, что кто-то ко мне липнет. Это… Это так классно!
– Погоди, – фыркнула Вера. – То ты мистресс, то нет, а теперь там к тебе уже кто-то липнет. Так что там у тебя происходит?
