— Разрешите, я все объясню, — мягко сказал он, адресуясь к Маргарите. — Чтобы не было недопонимания между нами. Георгий Львович очень заинтересован в вашем благосклонном отношении к делу.
Маргарита сосредоточенно кивнула. Пусть рассказывает все, что сочтёт нужным. Алиса Терехина! Поверить невозможно. Целых двенадцать лет думать, что твоей дружбой пренебрегли, и вдруг узнать, что обидчик исчез, а тебя подозревают в сговоре с ним.
— Алиса писала вам письма. — Лицо адвоката сделалось печальным, как будто он собирался зачитать завещание безутешной вдове. — Но Георгий Львович не позволял их отправлять. Он считал, что чем быстрее племянница забудет прежнюю жизнь, тем быстрее адаптируется к новой обстановке. Такое своеобразное погружение в среду, понимаете?
— Довольно жестокое погружение, — откликнулась Маргарита. — Кроме того, я не верю, что в восемнадцать лет невозможно придумать способ послать открытку подруге.
— Алиса училась в закрытом колледже. Вам трудно понять, что там за порядки.
— Такое впечатление, что ваша цель — ее оправдать.
Надгробная пирамида, которую Маргарита выстроила на месте их дружбы с Алисой Терехиной, качнулась и пришла в движение. Кирпичики зашевелились и начали быстро перестраиваться. Да уж, любое новое знание всегда разрушает привычную картину мира.
— Мне важно завоевать ваше расположение.
— Для чего?
— Гух хочет, чтобы вы нашли Алису. Маргарита посмотрела на адвоката с таким выражением, как будто у того на голове выросли заячьи уши. -Я?!
— Гух — богатый человек. У него большой косметический концерн. Алиса, конечно, работала на дядю. Занималась рекламой новой продукции. — Безмельников делал вид, что не замечает Маргаритиных вытаращенных глаз. — Год назад они поссорились — не так, как обычно, а всерьез. Алиса собрала манатки и махнула в Москву.
— И сколько она жила здесь?
— Одиннадцать месяцев и четыре дня. Георгий Львович пытался ее вернуть, но…
— Наверное, ей надоело, что дядя пристает, и она сменила адрес, — высказала предположение Маргарита. — Алиса всегда была лёгкой на подъём. Чуть что не по ее — фить! — хвостом махнула, и привет.
Безмельников встрепенулся и радостно сказал:
— Вот! Вы оправдываете надежды Гуха!
— Уже? — не поверила Маргарита. — Забавно. Мы с ним еще не успели познакомиться, а я уже оправдываю его надежды. Каким это, интересно, образом?
— Когда Алиса исчезла… Я ведь уже сказал, что это случилось три месяца назад? Георгий Львович обратился в милицию. А потом в международное агентство по розыску пропавших. Они до сих пор не нашли никаких следов. Потом в дело вступил частный детектив и тоже вынужден был сдаться.
— Вот мы и дошли до сути, — перебила Маргарита с напускной веселостью. — После частного детектива на сцене должна появиться я.
Безмельников преувеличенно тяжело вздохнул. Впрочем, глаза его при этом насмешливо сверкнули, и эту насмешку, не вписанную в протокол, он мгновенно припрятал.
— Верно, — ответил он. — Когда не остается ни одной реальной зацепки, в дело идет все остальное — догадки, домыслы, предположения, воспоминания, наконец. Для того чтобы генерировать идеи, нужен кто-то, кто знает Алису как облупленную.
— Больше десяти лет за границей вы в расчёт не берете?
Адвокат прищурился:
— Как вы думаете, почему первая учительница всегда узнает своих учеников? Ведь у нее их сотни, и все они вырастают, превращаясь в солидных дяденек и тётенек. Однако сколько бы лет ни прошло, она мгновенно идентифицирует каждого, несмотря на наслоения жира и наносы морщин. Почему?
Маргарита хмыкнула.
— Полагаете, люди не меняются?
— Уверен, что к восемнадцати годам Алиса уже сформировалась как личность.
— Но если частный детектив ничего не нашел… Если даже профессионал оказался бессилен…
— Он никогда не видел вашу подругу. Только на фотографиях.
Официант принес кофе, булочки и большую вазу мороженого, которое заказал Суродейкин. Его блестящий поднос описал круг над столиком и плавно опустился на скатерть.
— Будем пировать! — заявил Жора и неожиданно спросил: — А зачем вы пугали Марго? Вы ведь сказали, что хотели ее напугать. Это как-то не по-адвокатски. И вообще, почему этот Гух не захотел встретиться с ней лично, чтобы уговорить ее? Убитый горем дядя — это совсем не то, что бездушный юрист!
Уличенный в бездушии адвокат потеребил пальцами нижнюю губу и вкрадчиво ответил:
— Георгий Львович немного смущён тем, что не давал племяннице общаться с Маргаритой.
— Не верь ему, Марго! — помотал головой Суродейкин, засовывая в рот целый шарик мороженого. — Люди, владеющие косметическими концернами, не способны смущаться.
Маргарита выжидательно посмотрела на Безмельникова.
— Ну да, да, — неохотно согласился он. — Гух хочет вернуть племянницу, но тратить время на переговоры не готов. Тем более сейчас он не в Москве, в Северной Каролине. Но это неважно. В конце концов, я ничем не хуже Гуха, у меня все полномочия. Если вы согласитесь, то будете получать хорошее содержание. Вы ведь в настоящее время не работаете, верно?
Маргарита хмыкнула и делано беспечным тоном спросила:
— Что еще вы обо мне знаете?
