Мужчина сжал губы от нарастающего раздражения и ревности. Ведь ему хотелось услышать ответы на все эти вопросы и обязательно все отрицательные.
– Я не имела чести любить и встречаться ни с одним мужчиной, кроме одного любимого.
Сильный прилив ревности заставил мужчину сжать руль сильнее.
– Я всегда буду любить этого мужчину, потому что он мой папа, несмотря на то, что его больше нет со мной, он моя любовь на всю мою жизнь.
Глубокий вздох облегчения. И Радмир, тряхнув головой, улыбнулся Каре, взял её ладонь, поднёс к губам и стал целовать. Карина не понимала, что происходило с её чувствами, она вся тряслась от его прикосновений и поцелуев. Ей стало жарко, а смотреть на него было невозможно. Она пылала от стыда, поэтому отводила глаза в боковое окно автомобиля, хотя такое положение ей было совершенно неудобным. Они оба молчали.
Через некоторое время она услышала, что включился поворотник и автомобиль съехал с шоссе. Карина увидела табличку «Абрамцево».
– Куда мы едем?
– Здесь есть сказочный дом моего друга, там сейчас никто не живёт. Мой друг уехал в Иран на какой-то конгресс биофизиков. Он крутой специалист в своём деле. Просил за домом присмотреть, вот мы с тобой посмотрим, как дела у дома, и чаю попьём со вкусностями. Знала бы ты, какое волшебное варенье делает его мама из айвы. Пробовала такой фрукт?
– Нет, не пробовала.
–Ммм… а я обожаю айву, она, правда, немного жестковатая и вяжет, но варенье из неё просто божественное. Сама узнаешь, нам уже недолго осталось.
Подъехав к высоким серым воротам, Радмир нажал на пульт управления, лежащий на панели перед коробкой передач, и ворота стали отъезжать влево. Двор был небольшим, и заезд был узким, только для одного авто. По обеим сторонам площадки для автомобиля располагались газоны, укрытые золотистыми опавшими листочками увядших цветов. Въехав во двор, Радмир вышел из машины и снова нажал на пульт, чтобы ворота закрылись. Он обошёл автомобиль, открыл пассажирскую дверь и, протянув руку Карине, сказал:
– Идём в дом.
Она подала свою ладонь и стала выходить. Но не успела даже одну ногу спустить на землю, как мужчина, подхватив её, крепко обнял за талию, притянул к себе и страстно поцеловал в губы. Она даже не успела опомниться. Он настойчиво своими губами захватывал то верхнюю, то нижнюю губу девушки, облизывал их языком, стараясь призвать её в этот безумный танец страсти, и когда она поддалась, его язык проник в её рот, но так глубоко, что ей пришлось его оттолкнуть, и она закашлялась.
– Ты решил меня задушить? – немного с опаской проговорила Карина.
– Прости, пожалуйста… прости… я не хотел. Ты просто сводишь меня с ума. Я не могу с собой совладать. Пожалуйста, извини меня, мне нужно контролировать себя и свои желания, но я просто не могу устоять от твоего вкуса и запаха, моя Кара. – Он отстранился, опустил её на землю и пошёл в дом первым. – Идём, сладкая моя, – проговорил Радмир, обращаясь к Карине, стоя уже на ступеньках террасы.
Карина захлопнула дверь машины и направилась за мужчиной. В её голове мысли разлетались, как взрывы фейерверка. Одни – тревожные и оберегающие её, предупреждающие, что ей нужно быть осторожнее, другие – восторженные и радостные, от первого поцелуя и внимания такого мужчины. Третьи – непонятные и сомнительные, не дающие успокоения от такого неожиданного, страстного первого поцелуя. Поднявшись по ступенькам, она вошла в дом. Радмир направился на кухню поставить чайник и походу что-то ей рассказывал, хотя она не слышала ни слова. Разувшись и сняв пальто, Карина поняла, что она в лёгком домашнем платьице, не расчёсанная даже и без колготок.
Подумала: «Боже, как ужасно я выгляжу».
Оглядевшись по сторонам, она обнаружила, что это светлый, просторный дом с большими окнами и светлыми коврами во всех комнатах, которые она видит перед собой. В холле было много зелёных растений. Пройдя на кухню босиком, она увидела огромный белый круглый стол и двенадцать массивных стульев, обитых белой парчой вокруг него. Красивую белоснежную кухню и белый диван, обшитый бархатной обивкой.
– Ого! Твой друг эстет и любит роскошь? Белая кухня, я никогда раньше не видела такой чистоты и белизны сразу. А кто ухаживает за таким количеством цветов?
– Мой друг очень капризный и очень чопорный человек, любящий, чтобы у него было всё не так, как у других. А за цветами ухаживает тётя Гера, она живёт в трёх кварталах отсюда и является близким другом моего друга и флористом по профессии. Но ты можешь не беспокоиться, здесь можно пользоваться всем и не боятся ничего разбить или разлить, запачкать или испортить, тут всё очень просто: испортили – купили новое, и об этом не беспокойся. Давай садись, где тебе нравится, а я сделаю нам чаю… или кофе?
– Ну, я, пожалуй, чёрного чаю в большой кружке выпью, если можно, и сяду на пол.
Они оба засмеялись.
