Конец света, в который не поверили.
Эти цветы стоят здесь третий день и до сих пор не завяли. Принес их позавчера – нарвал в парке и принес – никто не пытался меня остановить, когда я обдирал кусты. Мимо прошел старик, завернувшийся в бирюзовое с желтым одеяло. На плече страшная рваная дыра, обгоревшая, и даже, кажется, кровь видна. Интересно, с кем это он столкнулся?
Цветы я нарвал для своей девушки – она любит именно эти, сиреневая пена на голых ветках – когда они появились? Кажется, весной – вырвались посреди дорог, взламывая асфальт, сначала их пытались травить, а потом пересадили – в парки, дворы, начали охранять – слишком уж красивы…
Я нарвал цветы для нее, но, наверное, девчонка больше не придет – ушла в туман, и с концами. Знала ведь, что лучше туда не ходить, знала – нет, понесло… «Да все обойдется, да с чего ты взял, что это опасно, да меня дома ждут…» А я говорил, я знал – и она знала – слишком этот туман был липкий, похожий на прокисшую сгущенку, и слишком сильно пахли в нем ее любимые цветы…
Я проводил ее только до своей двери – пытался увидеть сквозь эту клейкую стену хоть что-нибудь… «Это просто туман, позвони мне, когда придешь, но ничего опасного нет, нет смысла провожать – тебе недалеко, позвони…» Она кивала, закусив губу, мы оба знали, что я наврал, и оба знали, что я боюсь, мне страшно, мне страшно… Не позвонила.
Утром туман исчез, и я побежал за цветами – а вдруг она придет? Зайти к ней домой мне почему-то не пришло в голову – даже не так, я хотел зайти – но побоялся, лучше буду ждать звонка… Вот третий день уже – а телефон молчит, надо бы позвонить самому, но я не буду – лучше подожду еще.
Не люблю эти цветы – лепестки блестят слишком масляно, и кисловато-сладкий запах – цветы не должны пахнуть едой, но ей нравилось. Запах слишком сильный – висит над букетом облачком, липнет к ноздрям. Если она и завтра не позвонит – выкину, чего они у меня под носом стоят…
Пришла соседка – здоровенная бабища, пропахшая жареным луком и подгоревшим молоком. Щеки прыгают, а голос визгливый – что она несет? Соседей сверху нет третий день? Наверное, на дачу уехали. Сын не возвращается? Ну так с этим алкоголиком такое не в первый раз… Валяется где-нибудь под забором, деньги кончатся – придет… Что, вообще никого в подъезде нет? Надо же, какая настырная баба, всех обошла. Ну чего ты от меня хочешь? Пытаюсь отключиться от пронзительного ора, запах цветов заглушает кухонные ароматы. Звук исчезает, остается только перекошенный рот, извергающий потоки слов. Да, я позвоню. В милиции не берут трубку? Хорошо, я позвоню куда-нибудь еще, хорошо, хорошо, до свидания… Со скрежетом захлопывается дверь. Ушла.
Облачко запаха над букетом. Вот не помню… кажется, раньше они не пахли – только сейчас, осенью появился этот аромат. Смешивался с горечью опавших листьев, становился все сильнее… Пока не превратился в липкую стену тумана, отливающего сиреневым перламутром. Это было три дня назад – три дня назад она ушла, а я всматривался ей вслед, пытаясь увидеть хоть что-нибудь. Она чего-то испугалась там, нет, не испугалась – удивилась, ее размытый силуэт слегка дрогнул, когда она резко остановилась, подавшись в сторону. Может быть, кошка перебежала дорогу? Она всегда верила в черных кошек. Не буду звонить, тем более – сейчас телефон не работает, наверное, я забыл заплатить. И электричество с водой вчера отключилось – хорошо, что у меня завалялась бутылка минералки. Вечно у них какие-то аварии. И чинить не торопятся, как всегда. Зайти позвонить к соседке? Нет уж, опять начнет визжать, как будто конец света наступил.
За окном опять туман, и маленькое туманное облачко над цветами в вазе. Иногда оно начинает клубиться, клочья запаха свиваются в картинки, почему-то всегда неприятные – то видится оплывшая морда соседки, то какой-то паук, то тигриная физиономия из какой-то книжки. А! Это Шерхан, я страшно боялся его в детстве, даже знал, на какой улице он живет и охотится по ночам. Смешно – сейчас на этой улице живет она.
Надо бы пойти прогуляться – последний раз выходил из дома позавчера, за цветами. Туман тогда немного рассеялся, но все равно неприятно – слишком сильный запах, как будто бродишь по кондитерской фабрике, да еще и тухлятиной откуда-то несет. И бомжей развелась куча – валяются прямо на улице, раньше хотя бы в парк спать уходили. И эти картинки там, где между домами застряли клочья тумана, что-то вроде миражей – то покажется, что стоишь на высоченном обрыве, то какая-то змея с оскаленными зубами, и даже можно заметить, как с них капает яд, а один раз мне показалось, что за мной гонится разъяренный отец с ремнем. Наверное, у меня просто фантазия разыгралась. Интересно, что видят в тумане остальные? Спросить некого – на улицах никого, кроме спящих бомжей да того старика в одеяле…
