– А кажется, что нет? – грубо ответила Исук, стараясь не замечать, как сильно бьется ее сердце в этот момент.
– А… – начал было Сончжэ и снова принялся жевать.
– Что, думаете раз я толстая, у меня не может быть парня?
– Я этого не говорил.
– А… – теперь этот звук издала Исук.
Как же неловко. Сончжэ ни о чем таком не спрашивал. Обычный диалог коллег… Почему она вечно забегает куда-то вперед? Ей хотелось утопиться в тарелке с супом. Жаль, что тарелка была меньше ее лица.
– Вы же красивая! У вас наверняка кто-то есть. – Сончжэ улыбнулся, глядя на Исук без намека на шутку.
И что это? Неужто это стрела Купидона? Красивая! Красивая? Он сказал, что она красивая? Нет, сердце Исук пронзила, скорее, какая-то таинственная стрела, порождающая хаос… Исук покраснела до самых ушей. Она не знала, что сказать, поэтому просто запихнула мясо в рот.
Сончжэ снова рассмеялся и отдал все оставшееся на его тарелке пулькоги ей.
Канок, Бомин и Исук. Для них отдать свой кусок мяса толстой подруге означало то же самое, что отдать душу. Абсолютно равнозначно… А теперь Сончжэ отдал ей мясо? Ей? Ну почему этот мужчина так поступает с ней?
– Что вы делаете в пятницу вечером?
– А зачем вы спрашиваете?..
– Давайте перекусим где-нибудь вместе. Я хотел поговорить с вами.
Он должен прекратить так улыбаться ей! Должен перестать так смотреть на нее! И не надо говорить, что она красивая, черт возьми!
– Я… ни с кем не встречаюсь, – пробормотала Исук, поднимаясь с места и торопясь уйти с пустым подносом.
– Тогда пойдемте есть хану[14], – быстро проговорил Сончжэ.
Он сказал «хану»? Но ведь о мясе и речи не шло! И все-таки он точно говорит про говядину! Исук просто сбежала, опасаясь того, что вновь может встретиться взглядом с Сончжэ.
Эти строчки Исук однажды прочитала у какого-то эксперта по отношениям в социальных сетях.
Значит, Канок ошиблась, а Исук оказалась права! Канок была настроена категорически, но Исук считала, что такое все же возможно. Любовь – это волшебное чувство! Ее невозможно измерить никакими цифрами. Так ведь? Идеальным типом для Сончжэ могла быть и девушка 88-го размера, которая сильно любит мясо! Кто-то вроде Исук. Ей казалось, что сладкий соус барбекю продолжает растекаться у нее во рту.
Она намерена запомнить эти эмоции, готова вспоминать сегодняшний день каждый раз, когда будет есть пулькоги. Исук от радости начала топать ногами и радостно вопить прямо посреди фойе телестанции.
– Какой торговый центр? Для таких, как мы, там нет вещей. Наш потолок – магазины в переходах. Хоть я и не понимаю, с чего вдруг кто-то решил, что продавать там одежду хорошая идея.
– В тебя что, вселилась Мин Канок? Я вообще-то всегда одеваюсь в торговых центрах! – ответила Бомин.
Обычно они ходили везде втроем, даже в парикмахерскую. Но сегодня все было иначе. Исук все еще обижалась на Канок, а Бомин не стала бы с ней встречаться без Исук. Бомин листала журнал и продолжала тяжело вздыхать.
– Вранье! Одежды семьдесят седьмого размера там не бывает! – рассмеялась девушка, которая намывала голову Бомин.
– У меня не семьдесят седьмой! А шестьдесят шестой с половиной, сколько раз можно повторять?
– Половину чего ты там собралась заказать, жареной курочки? На это я согласна!
– Эй! – истерически вскрикнула Бомин, она не на шутку разозлилась.
Взгляды людей в салоне обратились к ним. И чего Бомин так распсиховалась? Ну, допустим, у нее и правда 66-й с половиной размер. Разве ж это важно? Да хоть какой, для Исук это не имело никакого значения. Ведь у нее-то 88-й! В то, что меньше, не стоило даже пытаться влезть.
Исук промолчала. Ей казалось, что голова вот-вот лопнет от мыслей о предстоящем пятничном свидании!
Бомин же вспоминала о том, как час назад примеряла короткое платье с милыми белыми рюшами. Какой бы макияж она ни делала, с какими бы дорогими сумочками ни ходила, продавцы не обращали на нее никакого внимания. Есть ли тут вообще ее размер? Стоит только открыть рот, чтобы задать этот вопрос, как для консультантов она станет не просто случайным клиентом, а надоедливой толстухой. Бомин понимала это лучше, чем кто-либо другой. Поэтому каждый раз, когда собиралась в торговый центр, надевала максимально утягивающее белье, натягивая его чуть ли не до ушей. Пусть консультанты думают, что смогут ей хоть что-нибудь продать. Чтобы в их взглядах читался вопрос: «Хотите это примерить?» Не было момента волнительнее, чем этот. К тому же не было способа лучше, чтобы восстановить пошатнувшуюся самооценку.
