И тут случилось то, чего она не ожидала, – из сумки вывалилось все содержимое, включая презервативы, которые Исук таскала с собой еще с того дня, как они с Сончжэ собирались отмечать годовщину. Она совсем забыла вытащить их, и сейчас презервативы валялись на полу, где любой мог их увидеть! Но самое главное – их увидел Сончжэ, который в последнее время странно флиртовал с ней!
Коллеги потихоньку начали вставать из-за стола, тактично показывая, что ничего не заметили. А Чжинён подмигивала Исук до тех пор, пока не вышла из ресторана.
Как можно быть такой неуклюжей? Исук посмотрела на Сончжэ, который так и не сводил взгляд с презервативов, валяющихся на полу, и ее сердце готово было выскочить из груди. Неужели он не может хотя бы сделать вид, что ничего не заметил?
– Клубничный… аромат? – Он поднял один из квадратиков и удивленно взглянул на Исук.
– Ну… Я купила это, чтобы… В общем, это не то, что…
– Выходит, ты любишь клубнику!
Он что, снова с ней заигрывает? Он ведь даже не спрашивал, просто как будто бы сам для себя отметил, что она готова к тому, чего он так жаждет. Сончжэ крутил перед Исук хвостом, словно мартовский кот!
– Нет! – смущенно завопила Исук.
Когда их взгляды встретились, по телу Исук пробежала легкая дрожь, колени подкосились. Она странно себя чувствовала, когда представляла, что то, о чем она так долго мечтала и что рисовала в своих фантазиях, действительно может произойти.
– Я не из таких девушек… – пробормотала она чуть ли не шепотом.
– А что такого в «таких» девушках? Я вот как раз такой парень.
Сейчас Исук видела в глазах Сончжэ не просто похоть, а страстное, непреодолимое желание. Таким она его еще не знала, это ни в какое сравнение не шло с тем, что они представляли с подругами, когда обсуждали, как может пройти первая ночь Исук с Сончжэ.
Она буквально тонула в его взгляде, все тело легонько покалывало. Когда Исук осознала, что тоже хочет этого парня, все ее мыслительные процессы замедлились. Что касается бедных детей… Ничего страшного, их мамочка заработает много-много денег и втихаря от папы позволит сделать липосакцию, если потребуется. Так что к черту все!
Открывая дверь в квартиру, Сончжэ крепко сжимал руку Исук. Она уже не переживала ни о своем обвисшем животе, ни о крупных бедрах, ей было все равно. Они с Сончжэ даже не успели понять, действительно ли презерватив с ароматом клубники пахнет клубникой. Куда слаще их собственные запахи, слившиеся воедино!
Исук таяла под взглядом Сончжэ. Ей казалось, что эта ночь ярче любого, даже самого солнечного дня. Когда они с Сончжэ сплелись в объятиях, став единым целым, Исук, опьяненная взглядом Сончжэ, едва не потеряла сознание. В его глазах будто бы сияли звезды.
Исук проснулась от жуткого ощущения, что кто-то пристально смотрит на нее сверху вниз. Открыв глаза, она увидела перед собой Мёнхуна. Он массировал виски.
– Ты… чего тут делаешь?
– Меня интересует тот же вопрос, что ты тут опять делаешь?
Исук свернулась калачиком, натягивая одеяло повыше к груди. Сончжэ, спавший рядом, обнимал ее одной рукой, но, услышав голос Мёнхуна, он мигом выскочил из-под одеяла.
– Ты так и будешь постоянно наведываться в мою комнату? – раздраженно спросил Сончжэ.
– Ты же сам говорил, что женщин нельзя сюда приводить! Но что же я вижу?
– Она не просто женщина. Она твоя невестка. Может, о манерах вспомнишь?
Услышав слово «невестка», Мёнхун вышел из комнаты, хлопнув дверью. Исук наблюдала за перепалкой братьев и только глазами хлопала, не понимая, что происходит.
Сончжэ посмотрел на часы и снова закрыл глаза. Его утренняя щетина щекотала щеку Исук, когда он обнимал ее. Его рука потянулась к ее животу, но Исук шлепнула его. Ведь живот – гордость любой женщины! Трогать его, когда тебе вздумается, ни в коем случае нельзя! С губ Сончжэ сорвался легкий смешок, и он заснул.
Убедившись в том, что он крепко спит, Исук осторожно встала с постели. Когда она вышла из спальни, Мёнхун уже умудрился собрать все свои пожитки. Он посмотрел на Исук, которая натянула на себя что-то из одежды Сончжэ, и нахмурился. Как же сильно она отличалась от тех девушек, которых предпочитал Мёнхун.
– Может, сначала поешь? Я что-нибудь приготовлю. – Исук наконец начала понимать, что чувствует ее мать, когда зовет ее есть. Эти слова – не просто просьба перекусить, в них совершенно иной смысл.
– Думаешь, я так зол, потому что не успел позавтракать?
– Просто прошу тебя хорошенько все обдумать, прежде чем уходить из дома.
– В таком случае, может быть, ты готова свалить отсюда? Это наша с Сончжэ квартира.
– Почему ты так меня ненавидишь? Я думала, что нравлюсь тебе. Но, похоже, ты все время меня обманывал. Почему так сильно хочешь, чтобы мы с твоим братом расстались? Ты ведь всегда был против наших отношений. Постоянно твердил, что это вовсе не любовь, что Сончжэ нравится другая, что я вообще не в его вкусе. В чем я провинилась перед тобой? – Исук действительно хотела узнать, почему Мёнхун так к ней относится.
