За столом собрались родственники. Отец разливал водку, женщины потягивали вино из бокалов. Дядя Костя густо раскраснелся, когда уронил на скатерть кусок ветчины.
На телевизоре возвышался портрет дедушки в военной форме.
Мама положила сыну горячего и налила стакан вишневого морса.
— А что это у тебя с губой, Анрюшк? — тетя Таня жадно впилась зубами в куриную ножку, — с девками, небось, нацеловался?
Тетка закатилась от смеха, хватив по столу пухлым кулачком:
— Ой, не могу, такой напёрсток, а все туда же!
Андрей виновато опустил голову, нанизывая на вилку салат "оливье".
Отец, дядя Костя и дядя Валера ушли покурить на балкон.
— Только не долго, мальчики, — мать поднялась и помогла отдернуть тюль.
Захлопнулась балконная дверь и женщины стали о чем-то шептаться, перебивая друг друга. Сплетничают, — догадался Андрей.
Покурив, мужчины вернулись за стол. Отец откашлялся и заговорил:
— Для начала, хочу выразить благодарность всем присутствующим за то, что собрались в этот знаменательный день почтить память нашего любимого, нашего уважаемого Дмитрия Николаевича Воронцова. Героя Великой Отечественной войны, получившего огромное количество боевых наград, в том числе и медаль за отвагу. Человек, который рисковал жизнью за свою Родину, за каждого из нас с вами. Кроме того, они с Клавдией Федоровной, царствие ей небесное, воспитали и поставили на ноги двух замечательных дочерей — Свету и Татьяну. Обе с высшим образованием, обе выбились в люди! Внуки в нем души не чаяли. С нетерпением ждали лета, чтобы отправиться к нему в деревню. Стоит ли говорить, баловал он их жутко…
Отец тяжело вздохнул.
— И вот сегодня ему исполнилось бы восемьдесят лет. Совсем немного не дотянул Дмитрий Николаевич до своего юбилея, но мы всегда будем его помнить, гордится им, и всегда будем ему благодарны.
Все поднялись и осушили рюмки.
— Ага, — едва не давилась от икоты тетя Таня, — благодарны за то, что он свой дом фиг знает на кого переписал.
Отец кашлянул в кулак.
— Тань, выпила — веди себя достойно, или сходи, проветрись, — сказала мать.
— Ты сама проветрись. Что, разве я не права? Не намерена я ему тут дифирамбы петь. Ты лучше вспомни, как мама на сушилах чуть из-за него не повесилась. Что, забыла? Напомнить, может?
— Татьян, Свет, да не ссорьтесь вы, — вмешался дядя Костя.
— А мне сегодня дедушка снился, — воспользовавшись передышкой, проронил мальчик.
— Она, может, и пожила бы еще, так ведь он ее до инфаркта и довел, — не унималась тетя Таня, — а вы, идиоты, тут сидите, оды ему слагаете. Тьфу, смотреть противно.
— Да как ты смеешь на отца, дрянь! — вскочила мать, — как тебе с рожей не стыдно! Он тебя, дуру, вырастил, потом в Политех пристроил! Сама бы ты со своим мозгом куриным поступила бы?! Хренушки! А с квартирой вам кто помог?! Так бы и жили в своей общаге с двумя детьми! Девять метров счастья! Вспомнила?! Вот и помалкивай сиди!
— Мне сегодня дедушка снился, — повторил Андрей.
— Рот свой закрыла! — крикнула тетя Таня, — я, в отличие от тебя, по залету замуж не выскакивала! Или, может, ты вообще его нагуляла, пока муж по командировкам мотался!
— Пошла вон отсюда! — вскричал отец, плеснув ей в лицо морсом.
Тетка зафыркала, как лошадь.
— Ну это уже чересчур, старик, — дядя Костя вцепился в лацкан его пиджака и рванул на себя. Глава семейства повалился на стол, стащив праздничную скатерть и опрокинув тарелки с едой.
— Мне сегодня дедушка снился, — уже шепотом повторил мальчик.
Мать заголосила во все горло.
— Не здесь, не здесь! — орал отец, — не в квартире, посуду побъем! Выйдем в подъезд!
— Урод! — утирала лицо салфеткой тетка, — прямо в глаз попал! А если бы я ослепла?!
— Поделом тебе, шваль! — поправил пиджак отец, ослабляя заляпанный майонезом галстук.
— Это я-то шваль? Ты лучше на благоверную свою посмотри! Тоже мне, тихая мышь. Да чтоб ты знал, она, когда с Зиминым встречалась, изменила ему с его же другом! Под Новый год дело было. А потом вместе с ним, с Зиминым, в гости к нему еще ходила, на диване его сидела с бесстыжими глазами, а на том диване он, наверное, ее, то самое, шпехал. А потом еще просила у Зимина сапоги ей купить! Вот она какая! Он любил ее больше жизни, а к ней то и дело пацаны из соседних деревень приезжали по ночам. И увозили ее. Куда? Явно не в шахматы играть. К приличным девушкам, между прочим, кавалеры по ночам не ездят!
— Не слушай ее, Вов, — разрыдалась мать, — врет она все, паскуууда!
— Мне сегодня дедушка снился, — беззвучно шевелил губами мальчик, выводя чайной ложкой невидимые узоры на столе.
Мать вцепилась в волосы сестры и с грохотом повалила ее на пол. Все бросились их разнимать. Дядя Костя обхватил свояченицу за талию и с легкостью приподнял.
— Всю жизнь мне испортила, тварь! — сучила ногами мать, — вон из моего дома!
— Что, правда глаза колет?! — бушевала тетка, — харя твоя наглая! Люди добрые, полюбуйтесь на эту Деву Марию!
На крики стали тарабанить в дверь соседи. С площадки доносились недовольные возгласы.
Андрей ушел в свою комнату. Лег в кровать, накрыл голову подушкой. Мысль о школе наступала грозовой тучей.
