Шимон Маркусович рассказал, что на вечерней поверке в батальоне было 72 человека, в том числе и прибывший из Вологды в командировку караул в составе четырех человек. Это без учета караула Бригиток. Всего на довольствии стояло 94 человека. Ночью в 23.50 убыл очередной караул по сопровождению спецконтингента на Москву. А еще вчера в обед Управление НКВД запросило транспорт и сопровождение для перевозки задержанных. Назад личный состав и техника не вернулись. Командиры батальона жили в городе и после начала обстрела не прибыли сюда. В связи с этим Шнейдерману пришлось принять командование на себя. Секретные документы частично уничтожены. Боевое знамя части сохранено оно сержанта Новикова. Я попросил пригласить его и по возможности вывесить красный флаг над казармой.
Журнал боевых действий Iа 45 L.D.: запись от 22.06.41 (АИ) (время Берлинское)
7.30 ч. Примерно в это время у дивизии на основании различных сообщений впервые создается впечатление, что все же позади передней линии дивизии сопротивляются более сильные части русского гарнизона оборонительных сооружений. Теперь поддержка артиллерии в цитадели невозможна, так как пехота втянута в бой слишком тесно с противником.
7.15 ч. ранен полковник Велькер, командир A.R.98.
7.45 ч. Сообщается, что гауптман Пракса, командир III/I.R.135, убит во дворе укрепления Центральной цитадели в 4.45 ч.
8.10 ч. Офицер I/A.R 99 сообщает, что части III/I.R. 135 остановлены и засели перед укреплением Центральной цитадели и имеют примерно 35% потерь.
Телефон работал, я связался с НП и Фоминым, сообщил о результате атаки. Они мне подтвердили, что эвакуация гарнизона продолжается. Но уже не теми темпами что раньше. Немцы из гаубицы и пулеметов, расположенных в западной части Северного острова, обстреливают Трехарочный мост, что ведет к значительным людским потерям. Приходится ждать паузу в обстреле и только тогда перебегать мост. Но, тем не менее, эвакуация идет. По предварительным подсчетам цитадель уже покинуло несколько тысяч человек. Артиллеристами установлено три орудия — два у Трехарочных ворот. Одно 76 мм. у Белого дворца. Стоявший там ранее БА отбуксирован в Холмские ворота. Предупредив, что я пока буду находиться здесь, положил трубку.
Вскоре в сопровождении трех человек вернулся замполитрука. Он представил мне Новикова, а остальные бойцы оказались его ассистентами. Кроме того Шимон Маркусович принес мне взамен испорченных пару магазинов и новенький ППД. Бойцы смогли вскрыть оружейку и склад боеприпасов и вооружиться. Часть оружия оказалась не востребованной.
Знамя хранилось у сержанта под гимнастеркой. Поблагодарив, попросил его продолжить хранить дальше. Собравшимся бойцам рассказал о ситуации вокруг крепости и о том, что знамена гарнизона вывезены. Не стал скрывать и того, что в ближайшее время крепость будет окружена. Нам придется сражаться в полном окружении и прорываться на восток с боем. Я предложил им присоединиться к моему отряду и совместно выходить из крепости. Бойцы со мной согласились. Так мой отряд пополнился еще на 47 человек, о которых предстояло заботиться и обеспечивать всем необходимым.
Вызвав Никитина, поручил его заботам группу Новикова. И через несколько минут они покинули стены казармы, перебравшись к нам в Арсенал. Я же пошел проверять оборону и знакомиться с людьми.
Мы шли по казарме, периодически приходилось прижиматься к стенам, скрываясь от снайперов противника. Тут и там лежали павшие от их огня и осколков артиллерии. Одной из главных проблем обороны было практически полное отсутствие в казарме межотсековых перегородок. Поэтому попавшие вовнутрь снаряды и наносили такие потери личному составу. Решать эту проблему нужно как можно быстрее и только подручными средствами. Из которых была земля, щебенка, пустые ящики и постельное белье.
Второй проблемой были большие проемы окон выходящих на Мухавец. Часть окон бойцами уже закладывалось матрасами набитыми песком и землей. На полу валялись тумбочки, табуретки, рванные и окровавленные постельные принадлежности.
