Михаил меня предупредил, что обратился ко мне только из-за рекомендации Самуил Абрамовича. Но он не в курсе темы нашего разговора, так как считает, что Михаил мне хочет предложить сделать небольшой гешефт. И уже запросил для себя процент за участие. Бизнес ничего больше. Почему именно ко мне? Из-за характеристики, что мне дали. А она достойная по сравнению с другими. Затем он рассказал мне немного о себе. Он житель Варшавы учился в университете на юридическом факультете. Уехал оттуда, когда началась война и немцы подошли к городу. Там у него остались родители и любимая девушка. Слава богу, они живы. Его родители раньше были русскими подданными и были активными членами “Бунда”. Он сам член молодёжной организации “Цукунфт” и был в отряде самообороны. Застрял в Бресте по болезни, квартирует у знакомых. Возвращаться назад в Варшаву после оккупации города немцами не стал, посчитав, что под “советами” будет спокойнее. Сейчас, когда уже всем ясно, что скоро будет война, он хотел бы посоветоваться со мной — куда бежать и на что рассчитывать? На столь откровенный вопрос я ему дал такой же ответ. Врать не имело смысла. Иначе очень многих из них вместе с нашими пленными потом расстреляют, здесь же неподалеку, в старых фортах. Он меня понял и поблагодарил. Сообщив, что часть общины, точнее те, кто помоложе уже покидает свои дома и уезжает на восток и Украину якобы на учебу. А он является руководителем небольшой группы молодых евреев, что хотят сражаться с немцами. И если война начнется, то они уйдут в леса и будут их бить. Место, где мы находимся это одна из площадок для сбора отряда. И именно он его посоветовал для нас. Затем, попросив у меня карту, нанес на нее несколько точек, сказав, что это базы поляков из “Союза Возмездия”, руководимых правительством из Лондона. Что это они нападают на наших бойцов и командиров. В последнее время они запасаются оружием, боеприпасами и советской формой. А так же описал, как к ним добраться и назвав ориентиры. Одна из таких баз находилась всего в пяти километрах от нас. Данные о базах точные и неоднократно проверенные из надежных источников. Часть поляков находится там, а остальные живут в поселках поблизости от баз или в окрестностях Бреста. Пояснив при этом, что он сам не против поляков. В Польше до войны евреи составляли до 40% всего населения страны. В принципе их народы жили мирно, но поляки сейчас считают евреев просоветскими. И если будет такая возможность, уничтожат их. Кроме того поляки ненавидят русских больше чем немцев. Они пойдут на союз с ними и будут делать все, чтобы напакостить нам. А это чревато для всех. Так местные националисты, узнав про лагерь для семей командиров, с началом войны непременно попробуют его захватить или уничтожить. Немцам такой рычаг давление на гарнизон тоже крайне желателен. В этом я с Михаилом был согласен полностью.
Общаться с представителями органов НКВД Михаил категорически отказался, сказав, что знает о судьбе тех, кто ранее был в “Бунде”. И особенно зная евреев — командиров служащих в крепости. Интересно чем они ему не угодили?
Еще раз, повторив и записав в блокнот ориентиры польских баз, договорившись продолжить знакомство, мы простились на дружеской ноге. Михаил пообещал через пару дней приехать еще раз для обсуждения возможных совместных действий и привести еще новостей.
Проводив гостей, я засел за карту. Только тут я понял, что меня смущало в нашем разговоре. Мы говорили по-польски, а я этого не заметил. Порой Перстень меня напрягает и пугает. Так и инфаркт заработать можно. Не дай бог кто из бойцов слышал наш разговор и стукнет особисту. Весело будет всем особенно мне. Интересно за кого меня принял Михаил? Неужели за английского шпиона? Вот будет прикольно, если он попадет к нашим ребятам из НКГБ и сдаст меня как агента иностранной разведки. Тогда меня точно раскусят. Хотя бы, потому что я не знаю многого из жизни реального Седова. Ну да будем надеяться на лучшее. Так говорите у вас Михаил, есть отряд готовый сражаться с врагом? Это конечно хорошо, но как им воспользоваться? Над этим надо подумать и очень хорошо.
