Изучив полученные данные, мы собрались на военный совет. Обсуждать было что. От штурма хутора в лоб отказались сразу. Только людей напрасно положим. Нашими минометами много не наделаешь. Нужна артиллерия, а скрытно ее доставить не получится. Если бы были ПНВ, тогда можно было бы рассмотреть и другие варианты. А так единственный выход — засада. Нас если считать вместе с “чекистами” и пограничниками семьдесят шесть человек. На нашей стороне большая огневая мощь, техническое обеспечение и неожиданность. На их лучшее знание местности. Но в наших силах это переломить. Скрытно приблизиться, снять часовых, а дальше действовать по обстановке. Лучше всего постараться по-тихому брать бандитов на выходе из хутора. А не получится, уничтожать на месте. Если не удастся по — тихому. То огнем пулеметов и минометов отрезать бандитам путь к лесу и болотам. И брать хутор штурмом с двух направлений от дороги и через гать. Те, кто пойдет со стороны дороги, будут в нагрудниках. Сюда же выдвинем и станковый пулемет для подавления огневых точек.
Рассмотрели и вариант встречного боя. В итоге рассмотрев все возможные варианты, разделили взвод на две части и с наступлением темноты стали выдвигаться на позиции. Пограничники остались в качестве мобильного резерва. Вся ночь прошла в ожидании и борьбе с комарами.
Около полуночи разведчикам удалось захватить несколько человек направлявшихся на хутор. Оттащив их подальше в лес, провели допрос. Он дал неожиданный результат. На хуторе для проведения акции собирались бойцы сразу нескольких польских подразделений. Выход намечался около трех часов, именно к этому времени все должны были собраться на месте. Менять планы времени уже не оставалось. Решили действовать по обстановке. Считая основными целями уничтожение банды и захват с последующей зачисткой хутора.
Не всем нашим планам удалось осуществиться. Не зря говорят, что если хочешь насмешить бога, то расскажи ему свои планы. Так и получилось.
Вначале четвертого поляки двумя примерно равными колоннами вышли из хутора и направились каждый в свою сторону. Одни двинулись к гати, а вторые к дороге. И было их куда больше, чем мы рассчитывали. Хорошо еще, что удалось взять в ножи часовых вместе с разводящими во время пересмены. Хотя это и не правильно, надо было разводящего с подсменой отпустить назад живыми. А то отсутствие разводящего — серьёзный повод насторожиться тем, кто находится на хуторе. Но был повод усомниться в исполнении поляками Устав достаточным образом. Какой? Те, кто соблюдает параграфы Устава, не будет громко разговаривать на посту и курить вместе с разводящим.
Мы с Шаровым был с теми, кто ждал их у дороги, а Горячих с лейтенантом — пограничником у гати. Бой начался у нас. Поляки шли колонной по трое, без разведки и дозоров уверенные в своей безопасности. Надеясь на охрану. Во главе колонны шло несколько командиров или проводников. Грех был не наказать их за нарушение Уставов. Когда они вышли на поле мы открыли огонь. С расстояния нескольких десятков метров три пулемета и два десятка автоматов практически в упор стали расстреливать поляков. Страшное это дело я вам скажу… Следом за нами бой начался и на гати. Оттуда взлетали осветительные ракеты и слышались пулеметные очереди.
