Резников был очень доволен новой сотрудницей, несмотря на то, что Александра жила буквально на разрыв. Он видел, насколько она старательна и умна, поражался её силе духа и желанию работать и учиться. Аркадий Валерьевич старался помочь девушке и поддержать её, выписывал премии, учитывая интересное положение и понимая, что любые деньги не будут лишними.
К Арсеньевой на выходные часто приезжала Виктория, чтобы увидеть лишний раз подругу, провести вместе время и поделиться новостями.
В питерской клинике, где Саша начала наблюдаться после переезда, ей сообщили, что она вновь будет мамой сына. На этот раз, заранее перебрав множество вариантов имён, она решила назвать мальчика Егором. А Вике предложила стать его крёстной.
Это был конец октября, когда Кузнецова очередной раз приехала к подруге в гости.
Они болтали, сидя в просторной гостиной. И, внезапно, в процессе разговора, Вика проговорилась, сообщив о том, что совсем недавно Роман стал отцом.
Александра сама не поняла от чего, но это её задело, заставив боль заёрзать в сердце.
— Саш, прости… — осознав свою ошибку, подруга спохватилась.
— Ничего страшного, мне всё равно. — побледнев, проговорила Арсеньева: — Пусть будет счастлив. — ощутив, что ей стало не хорошо, она медленно встала из-за стола, держась за живот.
— Саш, не бери в голову, ну, пожалуйста! — Вика не знала, что теперь говорить.
— Я… Не беру. Давно выбросила из головы. — храбрясь, ответила девушка и подошла к окну: — Душно что-то очень… Я открою, ладно?
— Да, конечно. Хочешь я открою?
— Сама, спасибо… — она минуту помолчала, смотря на Неву, а потом сказала: — Получается, он мне лгал всё время. Всё это время, начиная с нашего знакомства… — Саша произнесла это, обращаясь, скорее, к самой себе, ведь Кузнецова не знала о той части жизни подруги, до того, как она устроилась работать к Логиновой.
— Забудь его! Саш, ну правда! Не он первый и не он последний из мужиков, которые так подло врут.
— Я просто не понимаю, за что и зачем? Ну что я то ему сделала? Зачем было играть с моими чувствами? Зачем было заводить со мной эти разговоры о семье? К чему? — повысив голос и разволновавшись, спрашивала Арсеньева. В один момент сильная боль пронзила всё тело и она почти не могла удержаться на ногах.
— Саша, тебе плохо? — Вика сорвалась с места и рванула к подруге.
— Кажется, началось… — с трудом произнесла Александра.
— Как? Рано же ещё! Седьмой месяц всего…
— Вик, вызывай скорую быстрее. — со слезами на глазах, попросила девушка.
В отличии от первых, эти роды были тяжелее. Ребёнка Саша увидеть не успела, совсем ослабев и потеряв сознание.
Вика была первой, кого она увидела, когда пришла в себя. Подруга сразу же позвала врача, которая осмотрела Арсеньеву и спросила о самочувствии.
— Сколько времени прошло уже?
— Вы трое суток были без сознания. — мягко ответила женщина.
— А что с ребёнком? Где он? — спросила Александра, увидев, что в палате нет детской кроватки.
— Не волнуйтесь, он в детском отделении. Малыш ещё слаб и не может дышать самостоятельно. Неонатологи следят за его состоянием.
— Как не может дышать? — девушка, чьё самочувствие ещё не до конца нормализовалось, подскочила в постели.
— Так, спокойно, без паники! — врач явно имела опыт общения с такими пациентками: — Семимесячные детки ещё не в состоянии делать самостоятельный вдох. Ничего страшного в этом нет, просто пока ему надо полежать в кювезе.
— Я хочу его видеть! — слабым, но требовательным голосом произнесла Саша.
— Завтра, если всё будет хорошо, я разрешу вам встать и дойти до детского отделения с помощью медсестры. А сейчас вам нужно отдохнуть. — успокоила доктор.
На следующий день, Александру действительно пропустили в отделение неонатологии, где лежал Егор.
— Я когда увидела его, такого маленького, слабого, с кислородной маской на лице… Мне стало так страшно! — вспомнила Арсеньева: — Вдруг не справлюсь? Вдруг опять что-то случится? А потом поняла, что теперь не должна допустить, чтобы с этим мальчиком произошло горе или беда. Я обязана обеспечить ему хорошую жизнь. В тот момент, пришло осознание, что землю зубами грызть буду, но добьюсь того, чтобы он вырос самым счастливым ребёнком, чтоб у него было всё. Я больше не имела права на ошибку.
Прошло полтора года. Саша закончила обучение в университете, делала отличные проекты, Резников доверял ей всё большие и большие объемы, оценив талант и знания. Девушка ни разу не брала отпуск и умело совмещала работу с материнством.
Однажды, находясь в офисе, она торопилась к коллеге, с которым они вдвоём трудились над созданием чертежа здания для частной школы и пробегая по коридору из кабинета в кабинет, влетела в мужчину, идущего навстречу.
— Извините… — пролепетала Александра и кинулась собирать чертежи, которые упав, рассыпались у них под ногами.
