- Потому что содержать собственного – дорого. Кстати, у твоей семьи должен быть юрист, обратись к нему.
- Нет, это придется говорить с папенькой, а я пока к этому не готова. Да и мало ли что велит своему юристу папенька, если тот возьмется за мою просьбу.
- Тогда только один вариант – гильдия.
- Погоди, - пришла мне в голову мысль. – Как думаешь, у кого еще в нашем классе есть семейные юристы?
- У Эмилии, Генриха и Калеба, - без раздумий ответил он. – У всех высших аристократов они есть.
- Так, Эмилия не вариант, - вслух подумала я. – А у остальных можно поспрашивать.
- Ты серьезно? – изумился Боуер.
- Да, а что такого? За спрос денег не берут.
- Если кто-то из них согласится, будешь ему должна, - предупредил парень.
Я только плечами пожала:
- Сочтемся.
Боуер покачал головой:
- Поверить не могу. Великие семьи удавятся, лишь бы не просить об одолжениях, а ты так спокойно об этом рассуждаешь.
- Не знаю, как другие, а лично моя гордость ничуть не пострадает, если я попрошу кого-то о помощи.
- Да, ты и впрямь изменилась, - неожиданно тепло улыбнулся парень.
- Именно об этом я тебе и твержу с первого дня, - улыбнулась я в ответ. – И, кстати, на территории школы можно обналичить деньги?
- А… э… да, можно, - кажется, он опешил от резкой смены темы. - Банкомат расположен у центральных ворот.
- Проводишь? – состроила я милую мордашку.
- Ох, Рисса, ты в своем репертуаре, - хмыкнул он.
- И, да, называй меня Клэр.
- Почему? – моя просьба его удивила.
- Я больше не Рисса. И из уважения к прошлой мне не хочу, чтобы меня продолжали так называть.
- Раньше ты считала имя Клэр слишком грубым, - сообщил Боуер.
- Что ж, видимо, раньше я была более чувствительной.
Да, и сейчас в чрезмерной чувствительности меня не заподозрить. Опыт сказывается.
- Наверное. Мы были плохо знакомы.
- И я рада, что теперь мы можем это изменить, - я улыбнулась. – Идем?
- Кажется, я тоже этому рад, - вполне искренне ответил он. – Идем.
Только когда я сняла деньги, Боуер спросил, зачем мне столько.
- За одну работу.
- Больше тысячи империалов? Что может стоить так дорого? – поразился он.
Воспоминания. Воспоминания бесценны, но говорить об этом Дамиану я не собиралась.
- Я попросила записать одну песню, - но скрывать от парня правду не стала.
- Песню?! Да тебя обманули, ни одна песня столько не стоит!
- Я сама назначила цену, - пожала я плечами.
- И что это за песня? – ошарашенно спросил он.
- Я услышала ее во сне. И ребята согласились воплотить ее в реальности, - слегка приукрасила я.
- Ребята? Постой. Какие ребята? Из школьной группы? В которой играет Тим? – обрушился н меня поток вопросов.
И на все у меня был лишь один ответ:
- Да.
- И они согласились?
- Я им больше тысячи плачу. Конечно, они согласились.
Боуер покачал головой:
- Невероятно. Что же там за песня такая? Из сна? Да во сне никогда ничего внятного не происходит…
- Если хочешь послушать, я отправлю тебе запись по почте.
- Давай лучше я пойду с тобой? Когда ты понесешь оплату. Заодно смогу убедиться, что тебя не обманули.
- О, Боуер, это очень мило с твоей стороны.
Я улыбнулась, благодаря за заботу. Давненько обо мне так не беспокоились – просто некому было. Я уже и забыла, до чего чужая забота бывает приятна.
Он смутился и промолчал. Но когда мы подходили к классу, вдруг задумчиво заметил:
- Значит, Тим записывает для тебя песню. Должно быть, поэтому он на тебя сегодня так странно смотрел.
- А он на меня странно смотрел? – я удивилась.
Не заметила его за завтраком – да и не выглядывала. Я вообще думала, что стипендиаты не приходят на завтрак.
- Да. Обычно с ненавистью, а сегодня так… задумчиво? Что же там за песня такая волшебная?
- Потерпи немного, сам скоро услышишь. Но не придумывай лишнего, это совершенно обычная песня.
Просто родом из другого мира. Если Тим – музыкант, он не мог не оценить свежего звучания. Должно быть, поэтому и задумчив: поверить не может, что ненавистный ему человек мог придумать что-то столь неожиданное.
Генриха мне удалось перехватить перед самым обедом.
- Привет! Можно тебя на секундочку? – я улыбнулась парню как можно дружелюбнее.
- Меня? – он даже головой повертел, видимо, чтобы убедиться, что я не обратилась к кому-то еще.
- Да-да! – подтвердила я. – Хочу спросить кое-что.
Генрих справился с удивлением и пожал плечами:
- Хорошо. Спрашивай.
- Можешь посоветовать мне хорошего юриста?
- А… что? – изумленно уставился он на меня.
- Юриста. Ваша семья ведь с кем-то сотрудничает? Хороший же специалист? Можешь контакты дать?
- Какая странная просьба, - заметил он. – Зачем тебе?
- Нужна консультация. Хочу составить договор найма.
- Но у твоей семьи есть свои юристы.
- Они работают с папенькой, а у нас с ним… некоторые разногласия, - пояснила я.
- Но почему ты обратилась ко мне?
- Потому что Эмилия мне точно откажет, а Калеба я попрошу, если ты не согласишься.
По сути, не было никакой разницы, к кому обращаться за помощью. Их обоих я совершенно не знала. Просто Генрих мне попался раньше.
- Ты ведь понимаешь, что просишь об услуге? – поинтересовался Генрих.
