- И мне вдруг стало интересно – зачем это тебе, Эмилия? – перебила я. – Ты придумываешь другим яркую жизнь, потому что твоя – беспросветно серая? Ты пытаешься осложнить мне жизнь – почему? Из зависти?
- Я тебе не завидую! – завизжала вдруг Эмилия, словно я случайно наступила на ее любимую мозоль. – Это ты мне всегда завидовала!
- Возможно. Но это в прошлом. Теперь ты мне безразлична, и нам с тобой совершенно нечего делить. Так почему ты продолжаешь ко мне цепляться? Я повзрослела. Тебе бы тоже пора перестать быть ребенком.
- Я не ребенок! – она покраснела от стыда и злости – потому что все смотрели на нее и потешались.
Много ли им надо, аристократам, чтобы почувствовать себя униженными.
- Тогда и веди себя по-взрослому. И извинись перед Боуером.
- Даже не подумаю! – Эмилия сжала кулачки, упрямясь.
Она не хотела признавать поражение. Но вспыльчивость всегда проигрывает разуму.
- Тогда я тебя ударю, - я мирно улыбнулась.
- Что? – растерялась она.
Я встала в стойку, которую мы с Тимом разучивали накануне, и поинтересовалась:
- Как думаешь, если тебе в лицо прилетит усиленный магией кулак, во что превратятся твои ровные зубки? А любопытный носик? А красивые глазки?
- Ты не посмеешь… - прошептала она испуганно, переводя взгляд с моего кулака на меня и обратно.
- Хочешь проверить? - я оскалилась в угрожающей улыбке.
Она не захотела.
- Дамиан! Прости за мои грубые слова! – выпалила она. – Разумеется, они не имеют ничего общего с действительностью! Мне очень жаль, что я допустила такую грубость!
- Я не в обиде, – ошарашенно промотал Боуер.
А Эмилия рванула к выходу под тихие смешки ей в спину.
Все же открыто смеяться над наследницей семьи Палинэ никто не осмелился.
Я вернулась за стол и не удержалась от смеха. Есть что-то забавное в том, чтобы дразнить юных гордячек.
- Что это сейчас было? – осведомился Боуер неуверенно.
- Это называется – защита личных границ, - откликнулась я.
- Ты что, и правда бы ее ударила?
- Нет, конечно. Устраивать драку в людном месте – это моветон.
- Ты была очень убедительна, - сообщил парень.
- Я знаю, - я улыбнулась. – Так и было задумано.
- Ты страшный человек, Кларисса Аберэ, - в его голосе прозвучало восхищение.
- Я даже не стараюсь, - я рассмеялась снова.
- Теперь тебя обвинят в агрессивности, - Боуер покачал головой.
- Зато перестанут считать, будто я охмуряю сразу двоих, - я пожала плечами. – И, как я уже говорила, мне безразлично чужое мнение.
Боуер помолчал, а затем проникновенно произнес:
- Спасибо. Что вступилась. Я не сумел бы ответить Эмилии на ее оскорбление.
- Ай, Боуер, если бы не я, у тебя бы такой проблемы не возникло. Как я могла остаться в стороне?
- Это не твоя вина, а Эмилии, - возразил он.
- Я знаю, - я посмотрела на него удивленно. – Поэтому я и призвала Эмилию к ответу, чтобы она больше себе такого не позволяла.
Я и не думала брать вину на себя, как показалось Боуеру. Я просто объяснила, почему вступилась – чтобы парень не накручивал себя долгом передо мной. А то с него станется.
Суетный день. И все из-за Тима. Что бы ему не пережить свою радость в одиночестве? Глядишь, успокоился бы и вернулся к учебе адекватным.
Хотя нет. Не стоит возлагать вину из-за стечения обстоятельств на человека. Плохие вещи случаются и сами по себе.
Ведь, как бы я сама это не отрицала, мне совсем не нравится, когда обо мне сплетничают или относятся ко мне предвзято. А кому нравится? Но сегодня отношение ко мне окружающих окончательно испортилось.
Хорошо, что Боуер решил остаться со мной. Одной было бы совсем грустно.
И без него я бы точно не смогла подготовиться к балу. Танцуя с ним вечером, я мысленно смеялась над своей самоуверенностью – справлюсь сама, как же. Это я в тот момент начисто забыла о королевском бале просто…
Мне было интересно, как отнесется к моему выступлению Тим. Не сочтет ли мои действия слишком агрессивными, чтобы продолжить тренировки? Но на мой вопрос он только пожал плечами:
- Я твой тренер, а не наставник. И меня не касается, как ты применяешь полученные навыки.
Двоякая позиция, но Тима можно понять. Связываться с аристократкой, читая ей мораль – себе дороже. Парень для этого был слишком практичен.
Жизнь постепенно входила в колею. Я училась, знакомилась с конспектами за прошлые годы, тренировалась в рукопашном бою и танцах, записывала песни из своего прошлого мира и даже успевала отдохнуть. У меня не было постоянного цейтнота, потому что цели я ставила себе сама, и никто не стоял над душой, постоянно подгоняя. Единственное исключение – танцы, но и здесь я вполне могла бы махнуть рукой. Мне никто не мог помешать на балу сослаться на амнезию и отказываться от приглашений танцевать. Даже не факт, что такие приглашения вообще будут. Но это ведь бал. Мой первый в жизни бал! И, хотя я о таком никогда не мечтала, все равно стоило постараться, чтобы о нем остались самые приятные впечатления.
Раз уж мне выпал второй шанс, почему бы не получать от жизни удовольствие?
