Из-за того, что все боялись повторной бомбежки, лагерь находился рядом с границей города Дизи. Это место было не тронутым, и люди чувствовали себя здесь в безопасности. Это место охранялось военными из других городов. Там был перевязочный пункт, и помимо него стояло множество палаток, сюда доставляли раненых, которых немного приводили в чувство для дальнейшей транспортировки в город. Меня принесли в одну из таких палаток для осмотра. Дежурный врач осмотрел мою ногу и сказал, что это не перелом, а всего лишь вывих ноги, и если ее не нагружать, то через пару дней я смогу ходить сама. Осмотрев меня полностью, выписал мазь от ушибов и порезов. Джей во время осмотра находился рядом со мной и только смотрел с какой-то грустью на множество моих ушибов и порезов. Было видно, что этому человеку с самого начала нашей встречи очень важно мое самочувствие и он желал мне только добра. Доктор обработал мои порезы и вправил ногу. Такой сильной боли я никогда не ощущала и поэтому очень громко кричала и ударила врача по руке, но он не разозлился, а только улыбнулся и отправил меня отдыхать. Джей взял меня на руки и понес в столовую. Там нас накормила женщина, которую звали Жейн, она была волонтером из города Левона. Жейн рассказала, что у нее в бомбежке погибли родственники. После этих известий она попросилась добровольцем в Хилл-Вей, чтобы помогать выжившим, чем сможет. Во время ее рассказа она все время плакала и гладила меня по голове. В этом лагере у всех были печальные лица, многие потеряли близких в этих бомбежках. Но это были сильные люди, они старались держаться ради выживших и помогали друг другу чем могли. После сытного обеда меня обняла Жейн, сказав, что все будет хорошо, и мы с ней попрощались. Джей отнес меня в одну из общих палаток, предназначенных для распределения тех, кто готов к транспортировке в город.
Дойдя до кровати, он уложил меня и сказал:
– Отдыхай и набирайся сил. Мне нужно закончить еще оставшиеся дела. Если вдруг у тебя возникнет какая-нибудь нужда, обратись к моим друзьям, которые дежурят у палатки, но никуда без присмотра не уходи, это небезопасно.
Идти мне было все равно некуда, да и не зачем. Все, кого я знала, либо погибли, либо пропали неизвестно куда. На данный момент я сильно устала, и не было сил даже что-то делать. В моей голове была лишь одна мысль, что произошло с моей Кити, погибла она в бомбежке или ей удалось выжить. И я кивнула в качестве жеста согласия, после которого Джей ушел. Изморив себя до конца этим вопросом и переживаниями, я отключилась. Через какое-то время от шороха мне пришлось открыть глаза и встать с кровати. Источником этого звука был мужчина на соседней койке с перевязанной головой, он вертелся и не мог уснуть. Я вышла из палатки, подошла к одному из людей в форме и поинтересовалась.
– Подскажите, пожалуйста, а где сейчас находится мужчина, который пришел со мной?
Человек в военной форме присел на корточки, улыбнулся и спросил:
– А кто тебя интересует, милая? Может, у него есть какие-то отличительные черты, по которым я смогу ответить?
Я немного подумала и сказала:
– У него черные волосы и есть шрам на щеке.
Мужчина ответил:
– Я понял, о ком ты говоришь, это Джей, он передавал, что ты можешь про него спрашивать, но его сейчас нет в лагере, он ушел снова в город искать выживших людей. И попросил за тобой приглядеть в его отсутствие.
Меня отвели в столовую, я перекусила и почувствовала прилив сил. За время моего сна усталость исчезла, и мне стало гораздо лучше. Я решила не дожидаться прихода Джея и самостоятельно найти его в городе. Взяв еды в дорогу из столовой и прошмыгнув через охрану, легко вышла из лагеря. Шла я около часа, и на улице начинало темнеть, наступала ночь. Было плохо видно, но даже сквозь эту темноту виднелись истерзанные тела людей и разрушенные дома.
Вскоре на горизонте появились еле заметные силуэты людей, которые двигались в мою сторону, испугавшись, я решила спрятаться в одном из ближайших домов. Когда они прошли в паре метров от меня, стал отчетливо слышен знакомый голос, это был Джей с тремя товарищами. Я вышла у них за спинами и позвала Джея по имени. Он обернулся и начал подходить ко мне, взгляд у него поначалу был удивленным, но вскоре сменился на более суровый и серьезный. Он присел на корточки рядом со мной и сказал:
– Ты должна была оставаться в лагере под присмотром в безопасности, а вместо этого пошла по темноте в город. Тут опасно, и это не место для маленькой девочки.
Я взглянула пристально в его глаза и со всей серьезностью сказала:
– Мне захотелось помочь тебе в чем-нибудь, вот даже еды прихватила с собой, чтобы ты не был голодным. Тут на всех хватит.
Его суровый вид сменился улыбкой и словами:
– Ну мы с тобой точно поладим. Но я надеюсь, что ты так больше делать не будешь. Мне нужно знать, что ты в безопасности и с тобой все хорошо.
Его друзья позади него громко рассмеялись и сказали:
– Эта девочка очень смышленая и добрая. Она спасет нас в трудную минуту от голодной смерти.
Но сразу же замолчали после сурового взгляда и слов Джея:
