Сутки назад Биби ни за что не восприняла бы все это всерьез. Она была очень целеустремленной, энергичной самоучкой, которая благодаря самообразованию наработала себе опыта на два диплома, не меньше, а еще уравновешенной реалисткой, любящей фантазировать, но при этом точно знающей грань между реальным миром и ложными интерпретациями действительности. Восприятие жизни Биби было чересчур пытливым, чтобы соглашаться с излишней яркостью и причудливостью миров, создаваемых идеалистами, но при этом девушку совсем не привлекали особо мрачные, усложненные вариации реальности, создаваемые параноиками. Сейчас границы были сметены, по крайней мере, померкли. Впервые в жизни Биби подумала, что современной женщине пистолет нужен не меньше, чем смартфон.
– Мне нужен пистолет, – промолвила она.
Хотя это заявление противоречило ее природе, Биби понимала, что говорит истинную правду.
Пистолет гадалки лежал на столе, однако женщина пододвинула его к себе. Теперь Биби не смогла бы до него дотянуться. Казалось, Калида не исключает возможности, что ее клиентка способна попытаться пристрелить ее, посланницу.
– Мне ваш не нужен, – пояснила Биби. – У меня свой есть. Пэкстон настоял. Я его храню в коробке, в шкафу.
Биби собралась встать, но Калида резко остановила ее:
– Сиди! Надо все закончить, и быстро.
Правой рукой женщина помешала костяшки в серебряной миске.
– Я истекаю кровью в жажде получить ответы. Мне нельзя отказать. Приди…
Похолодало сильнее.
– Я хочу знать имя человека, которого ты должна спасти, – обратилась она непосредственно к Биби. – Сколько букв?
– Не знаю.
– Ты
– Десять, – произнесла Биби.
После того, как Калида вытащила из мисочки костяшки, она разложила их на столе в алфавитном порядке: a, b, e, e, h, l, l, l, s, y.
Увидеть имена в мешанине этих букв было труднее, чем обычные слова, но женщина очень быстро выложила из костяшек «sally bheel».
– Знаешь кого-нибудь с таким именем?
– Нет.
– Впрочем, не обязательно, чтобы ты знала этого человека.
Калида переставила буковки: «shelly able».
– Смехотворно, – сказала Биби.
Она не могла отрицать, что в комнате ужасно похолодало. Из ее рта шел пар. Пар также поднимался изо рта гадалки. Как и прежде, Биби первой заметила то, что укрывалось от внимания Калиды. Она протянула руку. Ashley bell. Когда пальцы девушки передвигали две последние буквы на место, она услышала перезвон серебряного колокольчика с тремя язычками, привезенного Капитаном из Вьетнама. Звук был тихим, мелодичным и очень приятным, но Биби знала, что он звучит у нее в памяти.
Калида смотрела на Биби с видом пытливой кошки, которая собирается размотать клубок шерсти, чтобы узнать, какой же дикий секрет сокрыт в его середине. Гадалка не спускала с девушки глаз, выжидая удобного момента, чтобы, потянувшись, ухватиться за кончик и броситься наутек.
– Это имя тебе знакомо?
– Нет, – отрицательно покачав головой, сказала Биби.
– Понятно…
– Нет, но оно находит отклик в моем сердце.
– Отклик, – промолвила гадалка. Похоже, она предпочла бы что-нибудь более основательное.
– Это очень благозвучное имя. Интуитивно хочется узнать ту, что носит его, лично удостовериться, так же она приятна, как приятно звучит ее имя.
– Ее или его. Это может быть и мужчина.
– Ее, – с полной уверенностью в голосе произнесла Биби.
– Откуда такая уверенность?
Биби нахмурилась.
– Не знаю… Я просто знаю…
– Тебе придется не только найти ее. Ты должна спасти ей жизнь.
Биби сидела и смотрела на костяшки. Она едва не вошла в транс, словно каждая из десяти букв была слогом заклятия колдуньи. Девушка задрожала и посмотрела на гадалку.
– Спасти ее от чего? Может, надо опять спросить и вытащить буквы?
– Нет. У нас заканчивается время. Мы и так задержались.
Биби ощутила, что в кухне снова стало тепло, а все часы опять пошли.
– Я должна узнать, почему она в беде или может попасть в беду, где она живет, как выглядит… У меня тысячи вопросов.
С губ Калиды сорвался едва слышный стон, когда она быстро выдернула иглу из раны. Женщина замотала кровоточащий палец испачканной кровавыми пятнами белой тканью.
– Мы получили столько ответов бесплатно, сколько могли. Каждый последующий вопрос будет обходиться нам все дороже и дороже. А теперь отрежь мне несколько полосок этого лейкопластыря. Три дюйма – в самый раз.
Встроенный в катушку механизм отрезал ровно столько, сколько Биби отмеривала.
– А чем мы могли бы расплачиваться? – отрезав первую полоску, спросила девушка.
Калида в спешке крепко обматывала свой палец бинтом, стараясь остановить кровотечение.
– Временем, – ответила гадалка, – отведенным нам временем, днями, затем неделями, а после месяцами. Наши жизни будут таять все быстрее и быстрее, сгорая с противоположной стороны, а затем мы заплатим кое-чем посерьезнее жизней.
– Что может быть серьезнее, чем потеря нескольких лет жизни?
