Карим смутился. Дядя и его домашние утомляли его. Беефарханг, «необразованные». Это самое худшее, что мог сказать о другом человеке добропорядочный иранец. Глупые буржуа, домоседы, питающиеся объедками со стола власть имущих. Одним из негласных партнеров в бизнесе дяди Дараба была семья священнослужителя из Кума. Карим сомневался, чтобы Дараб молился хотя бы раз в году, не говоря уже о том, чтобы делать это пять раз в день, как положено, но он вел себя как все. Как и Карим до недавнего времени. Может ли он осуждать его за такое?
Дядя Дараб похвалил американскую книгу.
— Тебе доверяют, — сказал он Кариму, подмигивая.
— Да, — согласился молодой ученый. — Мне доверяют.
Остается лишь надеяться, что у Дараба не будет неприятностей, если с ним что-то случится. Его дядя — осел, но он не заслужил страданий сверх обычного только из-за желания Карима связаться с кем-то и жить полной жизнью.
— Какой ужас с Хусейном, — сказал Дараб, когда Насрин ушла на кухню. — Почему его вынудили уйти? Он же всем сердцем любил Корпус. Что-то здесь нечисто.
— Да, дядя. Хайф. Очень жаль его. С ним не должны были поступать так.
— Что же он такого сделал? — шепотом спросил Дараб. — Что-то очень нехорошее?
— Нет, — ответил Карим. — Просто связался не с теми людьми. На первый план вышли другие. Хлоп! Вот и все. Его скомпрометировали, чтобы убрать с дороги. Но не думаю, что это правда.
— Ты не пытался помочь ему, Карим? У тебя есть связи, я же знаю.
— Я старался как мог, — ответил молодой человек, опустив взгляд.
Ему было очень неловко. По правде говоря, он ничего не сделал, чтобы выручить своего двоюродного брата. Сам слишком перепугался.
— Да, скажу тебе, и мне пришлось нелегко. Хусейн и мне был хорошим подспорьем. Знал нужных людей. Если у меня возникали проблемы, он помогал решать их. А теперь придется искать другие способы.
Он выжидающе поглядел на Карима.
Так вот в чем дело. Сожаление дяди Дараба по поводу Хусейна — вопрос бизнеса. В действительности его беспокоит то, что он потерял влиятельного помощника, занимающего высокий пост в Корпусе стражей исламской революции.
— Хотел бы я помочь, но ведь, сам знаешь, я на научной работе, — ответил Карим. — Я далек от политики.
— Я бы никогда не стал просить о таком, дорогой. Никогда. Но в бизнесе все не так-то просто. Слишком много людей протягивают руки. Тем не менее пока у нас все в порядке. Открываем новый офис, в Бандар-Аббасе. Слышал об этом? Что бы сказал твой отец, будь он жив? Мальчишка Дараб, младший брат — с новым домом и тремя филиалами. Думаю, согласился бы, что я достиг успеха. Мог бы гордиться мной, упокой Аллах его душу.
— Уверен, отец был бы очень рад, — ответил Карим.
Хотя, по правде говоря, отец до самой своей смерти презирал новых властителей Ирана, необразованных и вульгарных, таких же как дорогой дядюшка Дараб.
Насрин накрыла роскошный стол. Каким-то непостижимым образом за те двадцать-тридцать минут, которые прошли между отправкой эсэмэс и приходом Карима, она ухитрилась приготовить чело-кебаб из бараньего фарша, огромное блюдо риса, исходящее паром, поджарить цыплят с гранатовым соусом фесенджун, грецкими орехами и кардамоном и долму-бадемджун из баклажанов, фаршированных мясом и изюмом. Карим давно не ел так вкусно и, доев, сразу же попросил десерт. Насрин очень обрадовалась и принесла домашних сластей, а также, в знак почтения к дорогому гостю, мороженого «Баскин-Роббинс», но у Карима не осталось сил на него.
После того как они попили кофе, Карим сказал, что готов пойти и поиграть с детьми за компьютером. У Дараба их было двое, Али, которому исполнилось двенадцать, и Азади, шести лет. У дяди Дараба был подключен спутниковый Интернет с очень хорошей скоростью доступа. Карим отлично знал это, поскольку сам настраивал его. Сев за компьютер с Али и Азади, он немного поиграл с ними, зайдя на один из детских порталов Ирана, но дети довольно быстро устали и улеглись в комнате прямо на полу. Насрин занялась мытьем посуды, а Дараб в прихожей разговаривал по телефону.
Времени у Карима было немного. Тетя и дядя скоро придут, чтобы укладывать детей спать. Он подумал насчет того, чтобы проверить почтовый ящик doctor.ali@hotmail.com, но решил, что это слишком опасно. Это та карта, с которой он начал партию. Потом они перешли на другой сервер. Найдя в настройках адрес аккаунта на gmail, он нажал кнопку входа, а когда перед ним появилось окно авторизации, набрал имя пользователя и пароль, чтобы открыть почтовый ящик iranmetalworks, созданный им еще летом.
