Вдруг спустя столько лет, неизвестно откуда, сваливается ей на голову эта Эля, о которой Алёша плакался столько лет назад, и у него с ней опять «любовь»? Приглядевшись к сопернице, Ксюша поняла, что эта женщина не будет «одной из многих» — слишком уж не похожа она на других Алёшиных подруг. Если у него наконец-то получится, если они будут счастливы, то прощай навсегда её, Ксюшино, будущее.
***
— Ксения Евгеньевна, я тут кое-что обнаружил, вы не поверите! Вот вам и женщина-паинька! Всегда говорю: никого беленького, чистенького и пушистого не бывает!
— Хватит мне тут мудрости, что в туалетах на стенах пишут, рассказывать, что ты нашёл?
Ксюша слушала, и по её лицу разлилась довольная злобная ухмылка.
— Может Алексею Николаевичу тоже рассказать? Ведь его это напрямую касается?
— Значит так: ты никому не повторишь то, что мне сейчас сказал. Особенно Юрьеву, понял? Если я узнаю, что к нему что-то просочилось, ты никогда нигде работать не будешь. Больше того, ты пожалеешь, что на белый свет родился!
— Всё, буду молчать, как рыба. Так Эля эта на любые условия теперь согласится?
— Пришли мне бумаги. Дальнейшее тебя уже не касается. Молчи в тряпочку.
В глубине души, Ксюша всё уже решила. Она не отдаст его, Алёша останется с ней.
«Где же она, все её одноклассницы уже вышли!» — Эля ждала дочь около получаса и начала волноваться.
Конечно, никто бы не дал забрать девочку чужому человеку и, если бы что-то случилось, ей бы позвонили. Может папа приехал пораньше? Эля припарковалась и поднялась по лестнице к кабинету директрисы. Они хорошо знали друг друга, поэтому постучав в дверь, Эля отворила и вошла. Инесса Игоревна поднялась ей навстречу.
— Эля, как твой отец?
— У папы всё нормально. Где Оля? Она не вышла со своими. Задержалась зачем-то?
Директриса, казалось, не поняла вопроса.
— Эля, так Олю же Геннадий Васильевич забрал, сказал, что твой отец плохо себя чувствует и попросил внучку увидеть.
— И вы отдали? Даже не позвонив мне?
— Я не посчитала это чем-то из ряда вон выходящим — разрешить девочке уйти пораньше с отцом.
— Господи, Инесса, ты же ничего не знаешь! Как же я совсем не подумала!
— Чего я не знаю? Объясни мне, пожалуйста?
— Мы с Геннадием разводимся, и Оля сейчас живёт со мной, у моих родителей, так что он её похитил!
— Ты словами такими не бросайся! Геннадий, как один из родителей, имеет право забрать Олю из школы. Мы закон не нарушили! Кстати, а из-за чего вы разводитесь? Неужели он тебе изменил? Вот уж никогда в жизни бы не подумала! Он так тебя любит!
— Он не изменил, Инесса, просто я встретила другого. Так когда он приходил за Олей?
— Час назад, с английского её взял. Другого? Да ты с ума сошла! Что тебя в Гене-то не устроило? Слишком хороший муж? Или новый — молоденький? Расскажи мне!
— Инесса, не сейчас, я должна найти Оленьку!
Сначала Эля поехала в отделение, но дежурный полицейский только сочувственно на неё посмотрел.
— Мы тут ни при чём. Вы же ещё женаты, я так понимаю?
— Я подала на развод неделю назад, и дочь живёт со мной.
— Это сплошь и рядом бывает, пока суд не решит с кем быть ребёнку, мы не вмешиваемся, сами договаривайтесь.
— Как это не вмешиваетесь? Он вот просто так может её забрать, спрятать, увезти из города?
— Он — её законный отец — мы ничего сделать не можем. В суд идите.
В панике, Эля набрала Ксюшу, которая не поверила своим ушам.
— Ты же мне сказала, что вы с мужем обо всём договорились? Что Оля живёт с тобой до окончания процесса и решения суда?
— Мы с ним с моего ухода из дома не разговаривали, — Эля замялась, вспоминая последний звонок Гене. — Я подумала…
— Господи, Эля, ты же взрослая умная женщина! Как же можно быть такой наивной! Встреть меня в районном суде.
Когда Эля подъехала, Ксюша уже заполняла заявление на определение предварительного места жительства ребёнка.
— Что теперь будет? — Эля не сдерживала охватившего её волнения.
Ксюша никогда не стремилась стать матерью и не понимала тех безрассудных порывов, которые овладевают людьми, когда речь идёт об отпрысках, даже самых никудышных. Но она знала силу, которую благополучие детей имеет над их родителями, и научилась использовать эти чувства в своих целях.
— Теперь суд назначит дату заседания, на котором определит, с кем лучше быть Оле до завершения развода. Нам надо к нему подготовиться.
— А до тех пор?
— Гена имеет право держать Олю у себя. В срочном порядке, возможно, всего несколько дней. Мне позвонить Алёше? У него есть свои пути.
— Нет, я не хочу втягивать его в мои дела, — Эля боялась, что Лёшек не удержится, опять примчится и наделает глупостей.
— Хорошо, тогда подожди меня.
Судья с удивлением посмотрел на вошедшую в его кабинет без стука женщину.
— Здравствуйте, я хотела представиться — Ксения Евгеньевна, моя клиентка — Эвелина Владимировна.
