– На нашей планете нет почти ничего, чем стоило бы торговать. И этот прах тоже не для продажи.
Она проверила имя пилота по блокноту: Шеар-ясув Купер.
— Мистер Купер, с какой целью вы пытаетесь переправить прах на Землю, если не для продажи?
— По религиозным соображениям. – Его ответ звучал так, словно это было нечто само собой разумеющееся.
— Понятно, – сказала она, будто его объяснение имело какой-то смысл. Она смутно помнила, что ее прапрабабушка, католичка, иногда ставила на лоб метку пеплом – так она запрашивала свой имплантат о религиозном смысле какого-то события. Но ничего об импорте праха с других планет Марипозе не вспоминалось.
Она посмотрела в свой блокнот. Прах.
– Прах какой? – спросила она. – Биологический? Купер медленно кивнул.
— Это прах 9746 основателей колонии Иеровоама. Я возвращаю его на планету, где они родились.
— Человеческие останки? – Она отправила запрос в таможню Земли и Юридическую службу иммиграции и обнаружила несколько разделов, посвященных импорту человеческого биологического материала.
— Вам потребуется получить на это специальное разрешение. Я перешлю вам бланки.
– Спасибо. – Он улыбнулся ей.
– Мне также необходимо тщательно просканировать груз. Надеюсь, это не оскорбит ваших религиозных чувств? Мы не можем рисковать…
– Все в порядке.
Она указала на кресло у письменного стола в карантинной камере.
— Пожалуйста, садитесь и положите руку на стол, чтобы мы могли взять кровь на анализ. – Она послала команду системе через свой им-плантат, и у стола появилось голографическое изображение, чтобы показать Куперу, как правильно положить руку.
— Анализ крови? Вы, ребята, серьезно относитесь к таможне. – Произнося эти слова, он улыбался, потом подошел к столу и положил свою руку сверху на голографическую модель.
Его предплечье окружило сверкающее сдерживающее поле, из потайного отделения стола вынырнул манипулятор с иглой. Он плавно заскользил вдоль его руки, выбирая подходящее место, потом ввел иглу, и струйка крови потекла по прозрачной трубке. Примерно через тридцать секунд манипулятор снова убрался в стол.
— Мне кажется, вы взяли огромное количество крови для анализа, – сказал Купер.
— Мы хотим удостовериться, что в вашей крови нет элементов чего-то неизвестного.
В карантинной стене со стороны Марипозы открылся люк, и она взяла ампулу с кровью.
– Медики говорят, что это оптимальное количество для анализа. У них уйдет несколько часов на процедуру, – сказала Марипоза. – Если все чисто, вас допустят в общественные зоны Станции № 27. У нас есть несколько ресторанов и другие развлекательные заведения. Но ваш корабль останется на карантине до тех пор, пока у меня не появится возможность обследовать его.
Он широко улыбнулся ей.
– А у меня будет возможность угостить вас ужином?
Марипоза уставилась на него. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы понять: это не попытка подкупа с его стороны, просто она ему понравилась.
Он опять заговорил раньше, чем она успела ответить:
— Простите. Я не хотел вас оскорбить. Вероятно, вас все время приглашают пилоты.
— Собственно говоря, нет, – призналась она. – Большинство пилотов, прилетающих на нашу станцию, об этом и не думают. Всем сотрудникам таможни Земли на дежурстве дают средства, подавляющие сексуальное влечение, чтобы нас нельзя было соблазнить и заставить нарушить правила.
К изумлению Марипозы, Купер покраснел.
— Ну… Наверное, Старейшины ошиблись.
— Старейшины?
– Правители Иеровоама. Они меня предупредили, что все женщины на Старой Земле – искусительницы и тут же постараются заманить меня в свою постель.
Марипоза уже подходила к Медицинскому отсеку, когда Вердан установил с ней мысленную связь через имплантат.
– Какова ваша оценка пилота с Иеровоама?
Марипоза нахмурилась и остановилась. Вердан был начальником Планетарной таможенной службы Земли. Являясь искусственным интеллектом высокого уровня, Вердан мог непосредственно контролировать работу более ста тысяч таможенников, но он редко занимался мелочами.
— Мне он кажется довольно приятным юношей, – ответила Марипоза, – хотя и несколько несведущим в здешних порядках. Но, думаю, с ним не будет проблем.
— Одна уже возникла. Его кораблю следовало зажечь красный свет еще до прибытия. Ему нельзя было давать разрешение на стыковку со Станцией.
– Простите?..
– Вы не виноваты. Дело в сопоставлении данных со старыми документами, я это уже уладил. Он не показался вам враждебно настроенным?
– Враждебно? Нет. А в чем дело?
— Корабль и его экипаж следует считать вражеской боевой единицей. Протокол требует, чтобы вы вооружились перед дальнейшим общением с ним.
— Вражеской? – Со дня рождения Марипозы не произошло ни одной войны. – А кто враг?
— Последние 592 года колония Иеровоама находится в состоянии войны с Объединенными Мирами. Они разорвали дипломатические отношения в декабре 2407 года, а шесть месяцев спустя Ассамблея ОМ приняла резолюцию об эмбарго. Торговля с Иеровоамом запрещена.
