– Да, наркотики. Обильную рвоту может вызвать героин. Или алкоголь. Или сочетание того и другого. Пациента рвет, и он задыхается, захлебнувшись рвотными массами. Если он пьян или находится под действием наркотика, рвотный рефлекс подавляется и дыхательные пути в конце концов забиваются – с такими случаями мы встречаемся часто.
– Понятно. Вот только я не заметила в ее квартире никаких признаков, что она пила или принимала наркотики.
– Она могла… подождите минуточку. – Петрочелли закрыл трубку рукой и отдал какое-то распоряжение. – На чем я остановился? Ах да, она могла выпить или уколоться где-то в другом месте. Я бы подумал и об экстази, который тоже может вызвать рвоту. Или рофинол, наркотик, который используют, чтобы, одурманив женщину, изнасиловать. В баре или на вечеринке ей могли подсыпать его в напиток, она бы и не заметила.
– Наверное, это возможно, – сказала я. – Но Хайди в тот вечер никуда не собиралась. А что вы думаете о пищевом отравлении? Сальмонеллез, ботулизм…
– В этих случаях смерть не бывает скоропостижной, человек умирает дня через три-четыре. Возможны и другие варианты, например, аневризм или легочная эмболия с летальным исходом. И то и другое может перед смертью вызвать рвоту, но обычно с молодыми такого не случается. Все же, я бы сказал, тут причина токсикологическая. Она что-то приняла… или имеет место преступление.
Едва Петрочелли произнес слово «преступление», как я вся покрылась гусиной кожей.
– Спасибо за помощь, – поблагодарила я.
Однако на самом деле после разговора с врачом яснее ничего не стало, наоборот, я запуталась и разволновалась еще больше, чем раньше.
Я велела таксисту ехать к западному входу в Центральный парк, потом через парк, а куда дальше – я скажу потом. Пока мы делали круг по площади Колумба, я позвонила по мобильному Кэт и получила от нее информацию о двух людях, с которыми она просила меня попытаться встретиться.
Няню звали Дженис, по-видимому, она была ближайшей подругой Хайди, похоже, даже единственной, во всяком случае, других Кэт не знала. Дженис, как и Хайди, была американкой, а няни-американки, по словам Кэт, в Нью-Йорке редкость. Кэт видела Дженис всего пару раз и практически ничего о ней не знала, она и номер-то ее телефона знала только потому, что тот оказался у Карлотты.
Вторым, с кем мне предстояло связаться, был Джоди не то Рэнсом, не то Рэдсон. Он работал в кафе «Старбакс» на углу Третьей авеню и Девяностой улицы, но где жил, Кэт не знала. Кэт предполагала что Хайди начала встречаться с Джоди в начале прошлой осени, а через год дала ему отставку, хотя и после этого он изредка появлялся у нее, но уже в качестве друга. По словам Кэт, в последний раз Джоди заходил вечером в четверг, когда Кэт давала вечеринку в честь бывшего главного редактора «Глянца», Долорес Уайлдер.
– Когда они встречались, Джоди оставался у Хайди на ночь? – спросила я. – Я имею в виду, она спала с ним?
– По выходным, кажется, оставался. Ты же знаешь, на уик-энд мы обычно уезжаем, но Карлотта иногда приходит и в эти дни, так вот как-то раз она вроде бы заметила его голую задницу.
– И ты не возражала против этого? – спросила я.
– Нет. То есть, конечно, я не хотела, чтобы мужчины шлялись туда-сюда, и Хайди была не такая дура, чтобы принимать кого-то среди недели, но в выходные – пожалуйста. Коль скоро мне не придется сталкиваться с ними нос к носу, я ничего не имею против.
Я сказала Кэт, что попытаюсь связаться с обоими и потом заеду к ней. Я рассчитывала, что тогда у меня наконец появится возможность задать Кэт вопросы, которые вот уже столько часов не давали мне покоя.
Закончив разговор с Кэт, я стала набирать номер подруги Хайди. Трубку взяла сама Дженис. Я объяснила, что звоню по просьбе Кэт. Оказалось, что Дженис знала о случившемся и, как она выразилась, услышав об этом, совершенно обалдела, к тому же она не смогла попасть в дом, чтобы узнать подробности.
– Поэтому я вам и звоню, – сказала я. – Кэт просила меня поговорить с вами и кое-что выяснить. Ничего, если я загляну к вам сейчас?
Дженис ответила, что ее это устраивает, она собиралась уходить из дома только после ленча, и я сказала, что буду у нее не позже чем через час.
