Я испытала приступ паники. Мне совершенно не хотелось куда-то идти с Кипом, но потом я сообразила, что в центре Манхэттена со мной вряд ли может случиться что-то страшное, не мог же Кип затолкать меня в багажник своего автомобиля и увезти. По дороге к лифту Кип предложил пойти в тратторию «Дельарте», модный итальянский ресторан на Седьмой авеню, через дорогу от «Карнеги-холла». Три квартала до ресторана мы прошли в молчании. Зал ресторана постепенно заполнялся театралами, которые заходили перекусить перед спектаклем, но в баре было свободно. Мы заняли два места у конца стойки, я заказала пиво, Кип — «Джек Дэниелз», неразбавленное, и закурил сигарету. Он помахал спичкой, пока пламя не погасло, и, не вынимая сигареты изо рта, сказал:
— Ладно, перейду сразу к делу. У меня и впрямь была небольшая интрижка с Хайди, но ничего серьезного, это длилось совсем недолго.
— А как вы с ней познакомились? — спросила я.
— Я видел ее в офисе, кажется, она привозила что-то для Кэт. Тогда я принял ее чуть ли не за подростка, да какую-нибудь студентку из Европы. Угодить в тюрьму за совращение малолетних мне, как ты понимаешь, не хотелось, и я на нее только смотрел, не более того. Потом, в начале года, Кэт устроила у себя дома званый обед в честь парня из службы безопасности одной авиакомпании, мы тогда печатали отрывки из его книги. Мне стало скучно, я заглянул в кухню и застал там Хайди. Она подъедала остатки. Мы разговорились и я понял, что ей не шестнадцать лет, а двадцать два или около того.
— А потом ты ей позвонил?
— Она сама мне позвонила, клянусь Богом. — Кип помолчал и отпил из стакана. — Что бы обо мне ни говорили, я не шляюсь по бабам направо и налево и не строю из себя крутого. Я не собирался никого домогаться. Но она позвонила сама, сославшись на то, что ей нужен какой-то совет, и я согласился с ней встретиться. В последнее время у нас с женой были паршивые отношения, я не стал отказываться. Думаю, ты должна меня понять, ты сама была замужем и знаешь, как иногда бывает хреново.
— Где все это происходило? В квартире Хайди?
— Во-первых, никакого «всего этого» не было. — Кип сделал долгую затяжку, снова приложился к стакану и, выпив, облизнул губы. — Мы встречались с ней раз десять, продолжалось это примерно с месяц, но ни одной встречи не было в доме Кэт. Ты что, считаешь меня сумасшедшим? Я не собирался рисковать своей задницей. Один мой приятель уехал в Гонконг, я имел возможность пользоваться его хатой. Я был очень осторожен. Поэтому тем более смешно, что Кэт чуть не застукала меня со спущенными штанами.
— О чем Хайди хотела тебя спросить?
— Не понял?
— Ты сказал, что, когда она тебе в первый раз позвонила, ей был нужен совет.
— Она интересовалась, как можно попасть на телевидение.
— Ты ей говорил, что раньше работал продюсером?
— Да. Но ее интересовало, как стать диджеем на Эм-ти-ви, а об этом я мало что знаю. И вот что я тебе скажу — когда она поняла, что я не могу быть ей полезен, то разом потеряла ко мне всякий интерес.
— Ты очень расстроился?
— Если честно, я вздохнул с облегчением. В это мне было как-то трудно поверить.
— Хочешь сказать, что сногсшибательная красотка тебя отшила, а тебе это было безразлично?
— Мне, конечно, не понравилось, что она меня в этом опередила. Но я не вру, я действительно испытал облегчение. Дело в том, что я уже стал задумываться, как выпутаться из этой истории с наименьшими потерями. Но прежде чем я что-нибудь придумал, она сама начала от меня отдаляться. И меня это вполне устраивало.
— Не понимаю — если Хайди стала к тебе охладевать, с какой стати в марте она пригласила тебя в Литчфилд?
Кип тряхнул своей головой терьера.
— Мы заранее ни о чем не договаривались. Как-то раз в кабинете Кэт я услышал, как она говорит по телефону домработнице, что у них с Джеффом какое-то мероприятие в городе, а Хайди собирается пригласить подругу на выходные в Литчфилд. В субботу утром мы с женой крупно поругались — кажется, я совершил какое-то о-очень страшное преступление, например, принял душ, не задвинув занавеску, — вот я и решил экспромтом подъехать к Хайди, чтобы она зализала мои раны. Когда я увидел Кэт, очень растерялся. И я сделал то единственное, что мне тогда пришло в голову.
— А ты не мог просто сказать ей, что оказался в тех краях и решил заглянуть в гости?
— Я был с букетом цветов и бутылкой шампанского. Если бы я дал понять, что удивился, увидев ее, она догадалась бы, что я сплю с Хайди. Кэт бы наверняка меня уволила, да еще постаралась бы, чтобы история дошла до моей жены. Но Кэт ничего не узнала.
— А что бы сделала твоя жена, если бы узнала?
Кип с силой раздавил сигарету в пепельнице.
— Ты хочешь знать, что бы еще она сказала, кроме того, что оторвала бы мне яйца, взорвала мою машину и обобрала меня до нитки при разводе? Если честно, то не знаю. Послушай, к чему вообще этот допрос? Не понимаю, почему ты так одержима этой Хайди?
— Дело в том, что именно я нашла тело, таким образом, я с самого начала влезла в это дело, и мне хочется расставить все точки над i. Скажи, ты переживал ее смерть?
