Надежда на проблеск разума сквозь вуаль болезни иссякла. Адиса понял, что последствия контузии пустили крепкие корни. Намного глубже, чем он ожидал. Здоровый, адекватный человек просто не мог думать подобно морпеху.
– А он заметил, – повел плечами Валевский. – Вы должны знать, доктор Узома, он всегда крайне внимателен. Обещал мне помощь за одну маленькую услугу.
– Кто он?
Адиса был уверен, что слова морпеха не что иное, как бред воспаленного сознания, но последняя фраза сумела всколыхнуть смутное беспокойство. Что-то знакомое показалось ему в поведении морпеха. В запахе пряных листьев, который чувствовался от эмоций пациента. Раньше этого не было.
Валевский покосился по сторонам, словно высматривал кого-то. Его лоб покрылся испариной, лицо и шея раскраснелись, на руках вздыбились толстые жгуты вен.
– О, вы его отлично знаете, доктор Узома, – нервно хохотнул морпех. – Но друг не хочет, чтобы вы догадались раньше времени, а то, как он говорит, имеется у вас дурная привычка совать нос в его дела.
– Я не понимаю, Андрей. О чем вы говорите?
По столовой прокатилась неясная волна возбуждения, ударившая Адису в грудь. От неожиданности его сердце пропустило удар. Пациенты за столами зашевелились, кто-то надрывно завыл на одной ноте. Вскоре громкому вою вторил хор разнообразных голосов.
– Началось, – расплылся в оскале Валевский. – Все вы прекрасно понимаете, доктор Узома. Посмотрите в глаза собственным страхам.
Адиса вздернул бровь, показалось, что Валевский, как губка, впитал его манеру разговора и теперь среди них доктор он, а не Узома.
Столовую разорвал душераздирающий женский крик. Адиса повернулся на звук, но, ни одной кричавшей женщины не увидел. Санитары как по команде вытянули электрошокеры. Заряды пускали синие искры в воздух, издавали жадное потрескивание. Крики смешались с руганью, стоном ломаемой мебели и сигналом тревоги. Адиса вскочил, вытянул электрошокер, выставил перед собой, словно тот обязательно должен был защитить от опасности.
Пациенты забаррикадировались столами у одного из окон. Некоторые пытались разбить стекло и пролезть сквозь решетки на свободу. Другие выломали ножки стульев, и теперь отбивались ими от санитаров. Весь этот одномоментный хаос, что заполнил отделение, напоминал Адисе плохой триллер.
– Не стоит делать глупостей, господин Валевский, – предупредил он.
Морпех ухмыльнулся и… расхохотался. Слюна брызнула изо рта.
– Могу попросить вас о том же, доктор.
Все произошло молниеносно. Как только Адиса сделал первый решительный шаг к пациенту, Валевский схватил кубик и точным ударом метнул в него. Попал в кадык. Воздух прервался на вдохе, спазм перехватил горло, вырывая протяжный сип. Перед глазами у Адисы потемнело, он схватился за шею.
Сквозь туманную дымку, что повисла, как дешевая вуаль, Адиса ничего не мог разглядеть. Крики, боль, страх – все смешалось в один уродливый комок эмоций, который придавил Адису к полу, не давая возможности прийти в себя.
Когда прохладная тьма окунула в Адису пальцы, он с облегчением закрыл глаза, полностью отдаваясь ее власти. Вихрь пустоты кружил над ним подобно черному ястребу над жертвой, но Адиса не боялся, он давно был готов к этой встрече.
Черный водоворот засасывал его, поглощая в бездну до тех пор, пока холодные пальцы не сжали плечо.
– Доктор Узома! Доктор Узома! – донеслось сквозь плотную толщу тьмы.
Адиса поморщился и отмахнулся. Пучина, что обещала ему спокойствие и прохладу манила больше, чем противный скрипучий голос.
– Доктор Узома! Пожалуйста!
Адиса насилу разлепил саднящие веки. Сотрясаясь в рыданиях, над ним склонилась «паучиха».
Ее светлые волосы выбились из тугого пучка и рассыпались по плечам, через лицо шла тонкая царапина. Привычной кукольной улыбки не было. Адиса почувствовал вкус ужаса, который испытывала женщина. Он поморщился. Слишком много эмоций выплеснулось в этой комнате, Адиса не мог совладать со всеми.
– Что случилось? – хрипло выдавил он.
Горло першило в постоянном остром позыве закашляться.
– Больные, они… Они, – Галина Леонидовна затряслась, – устроили бунт и… Многие смогли сбежать из лечебницы! Я не знаю, что мне делать!
– В первую очередь успокоиться, Галина Леонидовна.
Старшая сестра вздрогнула, закивала, как китайский болванчик, потом отпрянула.
Эмоции женщины заглушали его мысли, мешая сосредоточиться на главном. Адиса поднялся, осмотрелся – столовая напоминала поле после боя. Воздух пропитался стойким запахом пота и крови. Яркий свет, что заливал комнату, добавлял происходящему пущей нереальности. Валевского, как и ожидал Адиса, не было.
Он сжал кулаки.
– Полицию вызвали?
– Да-да. Несколько патрульных машин уже прибыло, полицейские прочесывают периметр. Вдруг, кто не так далеко убежал, – содрогнулась Галина Леонидовна.
– С вами все нормально?
– Да.
– А кровь откуда? Вы уверены, что все в порядке?
Старшая медсестра поджала губы, отерла несколько капель, что спускались от царапины на шее под халат и кивнула.
– Вполне, доктор Узома.
