В мире, где Свет и Тьма раскололись, жила-была ведьма с очень богатым прошлым. Имея громадную силу и возможности, она не спешила захватывать мир, ни смотря на то, что светлые маги почти уничтожили темных. Само мироздание наказало их за излишнюю гордыню. Возможно, ведьма отличалась от остальных тёмных, потому что помнила свою прошлую жизнь, которую провела на Земле или у нее были другие причины. Однако у Судьбы имелись иные планы на её счет, и теперь ей предстоит отправиться в самое сердце Империи Рэст, потому как на ее руке загорелась метка избранницы в жены самого светлого Наследного Принца.
— Мы ошиблись…. - произнес голос, наполненный не прикрытым сожалением.
— И как все исправить? — Задавший этот вопрос тоже был преисполнен скорби.
— Нужно вернуть её, во что бы-то ни стало, — ответил очевидное первый Голос.
— Она очень далеко, на это потребуется много сил и времени, — сказал ему невидимый собеседник.
— Мы должны постараться, иначе все исчезнет…
Не одно тысячелетие прошло с этого разговора, мир страдал из-за дисбаланса после войны между светлыми и темными магами. Кто знает, чем бы все закончилось, однако судьба снова делает свой ход, и уже в этот раз, никто не будет мешать её воле.
Слава твоя — как тень твоя:
то она идёт впереди тебя,
то следует за тобою;
иногда она больше тебя,
иногда — меньше.
©Теодор Готлиб фон Гиппель
(1741–1796) — немецкий
писатель-сатирик
Солнечный зайчик на мгновение запрыгнул под опущенные ресницы и вырвал меня из раздумий. Лакомка устало всхрапнула, показывая все свое недовольство и мнимую усталость от проделанной дороги.
— Как жалобно у Вас, Госпожа, лошадка вздыхает. Поди, умаялась совсем, — проскрипел тучный глава торгового обоза, к которому я прибилась в конце своего не близкого пути. — Она у Вас такая холеная, да и хрупкая, как статуэтка. Видал похожую в Жерне на ярмарке, тамошние мастера из хрусталя такие вещицы знатные делают, залюбуешься. А какие там наливки подают в тавернах, пил бы и пил, а главное голова на утро не болит, ни шумит, словно заново родился, — жмурясь от приятных воспоминаний, мужчина явно потерял нить разговора. — Так о чем бишь я? Ах, да, жалко говорю такую лошадку, может, пересядете ко мне на телегу? Миледи, конечно, не пристало таким способом передвигаться, но ехать еще далеко, как бы не пала ваша животинка. А будем подъезжать к городу, так сразу снова в седло и пересядете. Нас можете не стесняться. — Добродушно закончил торговец.
Обижать мужчину не хотелось, значит, нужно придумать какое-то благовидное оправдание. Им совершенно ни к чему знать, что меня мало волнуют косые взгляды.
— Благодарю любезно, за столь щедрое предложение, — привычно завернула я. — Но как аристократка, я не могу ехать на телеге, тем более в компании постороннего мужчины, пусть и такого обворожительного. — Скромная улыбка вкупе с мягким голосом довершили мои слова. Торговец, довольный от неприкрытой лести, благодушно махнул рукой, и возобновил разговор с начальником охраны.
В отличие от улыбчивого главы обоза, этот вояка мне категорически не нравился. Уже не раз ловила на себе маслянистые взгляды — его даже не смущает наглухо закрытая амазонка и вуаль на шляпке, что скрывает большую часть моего лица.
Лошадь навострившая было уши, уныло их опустила, и посмотрела на меня осуждающим глазом. Выдержав всю тяжесть вины за эксплуатацию животного, я бессовестно стукнула ее пятками, подгоняя. Нечего строить из себя мученицу, вешу я, во-первых, не много, а во-вторых даже вес обоих неспешно разговаривающих мужчин был бы для нее не значителен. В путь пришлось взять именно вредную Лакомку, потому что из моей конюшни она больше всех походила на нормальных лошадей, но по факту таковой не являлась.
День перевалил во вторую половину, и солнце нещадно стало припекать. Мужчины из обоза и сопровождения стали бросать на меня выжидающие взгляды, явно надеясь, что я начну избавляться от лишней одежды, и они смогут меня хорошенько рассмотреть. К слову, встретилась я с ними ранним утром этого дня, когда ещё было прохладно, и густой туман, не успел осесть в росу.
Наивные, в самый жаркий период лета мне не будет душно даже в шубе. Всего лишь небольшое заклинание и температура в паре сантиметров от моего тела регулируется, и становится наиболее комфортной для меня. Это заклинание вообще постоянно со мной, оно уже даже в ауру отпечаталось. Летом оно освежает, а зимой согревает. Очень удобно.
Миновав очередной холм, мы оказались на открытом пространстве, и у меня захватило дух. Далеко внизу расположилась долина рассечённая реками и сверкающая чашами небольших озер. Насколько хватало глаз, раскинулись леса — из-за молодой листвы, казавшиеся ослепительно яркими и сочными, а в середине всего этого великолепия располагалась она, столица империи Рэст.
Мощенные камнем дороги вились через всю долину из разных ее концов, и соединялись возле столицы, будто щупальца осьминога. Я никогда в этом мире не видела такого большого города, в прошлой жизни подобное не было удивительным, но для этого мира такое являлось редкостью. С нашей высоты прекрасно было видно расположение основных улиц — если проводить аналогию, то я видела широкий многоярусный торт.
