Но сегодня, в этот идеальный день с температурой воздуха в семьдесят градусов (
– Лорен, ты знаешь, что я люблю тебя больше всего на свете, больше всех на свете, – говорит он, его голос звучит уверенно, и я слышу, как в паре шагов от меня вздыхает Рейвен. Я хихикаю, но серьёзность его слов вызывает у меня теплую волну наслаждения.
– Ты сделала меня лучше, – говорит он чуть тише и останавливается. Я вытираю слёзы с лица и сопротивляюсь желанию крепко обнять его. Кэл подходит ближе и поцелуями осушает слёзы на моих щеках. Женская половина публики приходит в дикий восторг, включая Энджелу, Рейвен, Хилари и Хелен.
– Я никогда не хотел ничего так сильно, как нашу свадьбу, Лорен. Ты – то единственное, что принадлежит мне. Единственное настоящее, что у меня есть – это мы. Раньше у меня была другая причина, чтобы жить. Она пришла из темноты. Моя мотивация изменилась, когда я влюбился в тебя. Ты моя сила и моя слабость. Ты – та причина, из-за которой я борюсь за жизнь, – говорит он, обняв моё лицо руками, и я не могу устоять сильному желанию поцеловать его прямо сейчас. Я сдаюсь, буквально прыгнув в его руки. Его губы приветствуют мои, и я остаюсь в его объятиях.
– Я так сильно люблю тебя, Кэл, – тихо говорю я, когда наши губы разделяются, и только он может слышать меня.
Я уверена, что священник смотрит на меня неодобряюще за то, что я раньше времени перешла к поцелую, но мне плевать. Мы и раньше не следовали традициям, так зачем начинать сейчас? Как только все действо заканчивается объявлением меня миссис Лорен Скотт, всё будет не важно – ни его секреты, ни его прошлое. Каждое негативное эхо, оставшееся в моей голове, рассеялось, это просто не важно. Наша любовь преодолеет любимые проблемы, с которыми мы столкнёмся. Я уверена, что они будут, у каждого брака они есть, но когда я вижу его искрящиеся серые глаза, в которых иногда виден зеленый проблеск, я знаю, что мы пройдем через любые трудности, которые подбросит нам жизнь. Он может быть не идеальным, но я думаю, я нашла своего супер сексуального одетого в кожанку и на мотоцикле Прекрасного Принца двадцать первого века.
Глава 27
– С днёёём рооождеенья тебя, с днёёём рожденья тееебя. С днём рожденья, дорогая Кэйлен . С днёём роожденьяя тееебяяяя, – поет Хилари. Мы же согнулись пополам от смеха из-за её драматичного, ужасного, писклявого пения.
– Да пошли вы. Кэйлен понравилось, правда, милая? – говорит она, щипая мою малышку за щёчки.
– Улыбочку! – быстро говорит Энджела, и вспышка почти ослепляет меня, и, конечно, Кэйлен сразу же начинает плакать.
– Энджи! – ругает её Хилари.
– Что? Прости, детка. Я просто хотела сделать фото твоего красивого личика, – говорит Энджела, проводя рукой по чёрным как смоль волосам Кэйлен .
– Все нормально, она всё равно сонная. Вы, взрослые, утомили её, – шучу я, качая её на руках. – Я положу её спать.
– Давай я помогу, – вдруг говорит Хелен. Она была такой тихой весь вечер, что для неё не свойственно.
– Ну а я тем временем украду кусочек этого вкуснейшего торта, – быстро говорит Хилари.
Я поднимаюсь по лестнице, потирая спину Кэйлен – единственное, что может её успокоить, когда она борется со сном. Хелен тихо идёт за мной. Я открываю дверь в детскую, всю окрашенную в розовый с белой мебелью. Хелен постаралась на славу, самолично занимаясь дизайном комнаты. Я до сих пор не могу поверить в то, насколько другим выглядел лофт до появления Кэйлен . Я опускаю взгляд на свою маленькую девочку, которая трёт глазки, и моё сердце тает. Насколько это удивительно для меня сейчас, когда ты можешь любить кого-то так сильно, как никогда в жизни. Я укладываю её в кроватку, и теперь могу взять её пижаму. Хелен стоит у кроватки, развлекая малышку, пока я ищу мою любимую пижаму.
– Она так выросла, – вздыхает Хелен.
– Да, это так, – улыбаюсь я, снимая с неё футболку и одевая её в пижаму.
– Кажется, что ещё вчера она была у тебя в животе, – дразнит она меня.
– Да, пробиваясь наружу, – смеюсь я. Я знаю, почему я так много спала в первые месяцы – потому что я почти не спала в последние месяцы беременности.
– А завтра ей уже будет годик. Она такая красивая, Лорен, – говорит Хелен, снова восхищаясь ею.
