Если я умру… полностью

– Официально живет в Колтоне, примерно в двадцати милях от Спрюс-Лейк. Есть еще младшая сестра, Роберта, которая посещала колледж во Флориде, но о ней я не сумел найти никакой информации.

– Неужели? – решила подразнить его Люси. – Ты зашел в тупик?

– Ну, это вряд ли. Я продолжаю копать. Наверное, она вышла замуж, а я искал сведения на девичью фамилию. Я не нашел свидетельства о браке во Флориде или Нью-Йорке, поэтому расширю зону поиска. Так или иначе, но я хотел убедиться, что ты получила мое послание по электронной почте со ссылкой на досье пропавших женщин. Дай мне знать, если ты обнаружишь леди из рудника, и я также расширю зону поисков.

– Спасибо, Патрик.

– И будь осторожна с Батчем Суэйном. Хотя слухи, что он не слишком умен, Батч мог подыскать себе нового партнера. Шону я сказал то же самое.

– А есть ли у кого-нибудь подозрения, что младший брат создал новую лабораторию для производства метамфетамина?

– Я звонил Ною, и он прозондировал почву в Управлении по борьбе с наркотиками – есть ли у них информация об округе Сент-Лоренс. На радаре ФБР ничего нет – во всяком случае, в связи с фамилией Суэйн и с городком Спрюс-Лейк. Сейчас они сосредоточены на лабораториях в Массене, куда, как они думают, переместился бизнес после ареста старшего Суэйна.

– Отруби одну голову, вырастает две.

– Так и есть. Люси, я не знаю, что происходит в Спрюс-Лейк, но будь осторожна до возвращения Шона. Я жалею, что оставил тебя одну.

Женщина вздохнула. Она уже давно поняла, что семья всегда будет нянчиться с нею.

– Патрик, я не одна. Здесь Тим и Адам Хендриксоны. И ты забываешь, что я уже почти агент ФБР. Неужели ты будешь просить меня быть осторожной даже после того, как я получу жетон?

– Да.

Люси рассмеялась:

– По крайней мере, честно.

– А сейчас тебе не следует расставаться с пистолетом.

Она посмотрела в сторону книжной полки, где лежал «глок». Шон научил ее мерам безопасности, которым она должна была следовать после того, как они начали работать вместе. Впрочем, большую их часть она уже знала от старшего брата, Джека, бывшего армейского сержанта. Еще один пистолет был спрятан в ванной комнате, третий лежал под подушкой на диване.

– У меня все схвачено, – сказала Люси Патрику. – Пока у нас нет оснований считать, что вандализм и наркотики как-то связаны. Ты проверил остальные имена, которые сообщил тебе Шон?

– О Джоне Кэллахане информации совсем немного. Он из Монреаля; отец умер, когда ему исполнилось двенадцать, после чего мать отправила его жить с дядей Генри в Спрюс-Лейк. Колледж он посещал в Коннектикуте, там получил гражданство – это оказалось не слишком сложно, потому что его отец был американцем – и осел в Спрюс-Лейк. Он многим владеет в городе, почти всем, если не считать Хендриксонов.

– Как он заработал деньги?

– Он адвокат, специализирующийся на международном праве, – никаких уголовных дел, только гражданские. Работает на крупную респектабельную фирму, расположенную в Монреале, с офисом в Нью-Йорке. Фирма занимается правами на интеллектуальную собственность, договорным правом, земельной собственностью. Я намерен выяснить, в какой области специализируется он сам.

– Но как он может работать адвокатом и жить в такой глуши?

– При наличии сегодняшних технологий ему даже не обязательно приходить в офис. Он вызывает у тебя отвращение или страх?

– Нет. Он показался мне самым обычным человеком из всех, кого я здесь встречала; возможно, именно по этой причине он так выделяется. Очень приятный и уравновешенный, как хороший коммивояжер.

– Вот-вот, нам нужно особенно тщательно следить именно за обычными людьми.

– Очень смешно. А что ты раскопал на его преподобие Брауна или дядю Кэллахана?

– Генри Кэллахан в молодости работал на руднике «Келли». Женился на Эмили Ричардсон, когда обоим было по девятнадцать, сразу после окончания средней школы. Детей у них нет. Когда рудник закрылся, он ушел в армию и пять лет прослужил механиком, ни разу не покидая страны. Потом открыл собственную мастерскую в Колтоне. Через несколько лет разорился и рано ушел на покой.

– Он владеет большим участком земли рядом с Хендриксонами. Откуда у него деньги?

– Наследство семьи Ричардсон. Много земли, но мало наличных денег.

– Генри и его племянник Джон кажутся полными противоположностями, – сказала Люси. – «Синий воротничок» из среднего класса – и богатый международный адвокат… Кто оплачивал обучение Джона в колледже?

– Я не копал так глубоко; у меня есть лишь то, что лежало на поверхности. Ты хочешь, чтобы я сделал полное исследование прямой кишки?

– Сегодня ты слишком много шутишь, Патрик.

Брат рассмеялся.

– И, наконец, его преподобие. Всю жизнь прожил в Спрюс-Лейк, владеет двумя акрами, на которых стоят его дом и церковь. Отец также был священником. Покидал округ лишь однажды, когда на четыре года уехал изучать теологию в Огайо.

– Спасибо за все, – сказала Люси.