Показав проворство не по возрасту, Дарья вскоре поймала за уши одного беглеца. Но другой крольчонок оказался необыкновенным хитрецом. Затаившись под кустом, он неподвижно сидел там до тех пор, пока женщина не обнаружила его. Стоило ей лишь протянуть руку — он мигом давал стрекача под другой куст. И Дарья, чуть не плача, вынуждена была опять подкрадываться, замирать, а потом опрометью кидаться вперед…
Махнуть же на беглеца рукой, явиться в колхоз с одним крольчонком Дарья никак не могла. Все ее труды пропали бы даром. Всякими правдами-неправдами добыть парочку чудо-крольчат, привезти их за две сотни километров и выпустить на волю почти у самой фермы — это же курам на смех!
В азарте погони крольчатница не заметила, что обошла чарусу почти кругом. Она совсем забыла об этом гиблом месте. Поэтому, когда крольчонок выскочил на топкую лужайку и вдруг запутался в ветках поваленной ветром старой березы и в рыжей прошлогодней траве, Дарья, торжествуя победу, необдуманно бросилась за ним. Бросок вышел удачным — беглец забился в руке Дарьи.
Но тут она почувствовала: ноги уходят в трясину. Крольчатница мгновенно вспомнила о чарусе, в ужасе рванулась, надеясь выскочить обратно на твердый грунт. Однако достигла лишь того, что ушла в топь по живот.
Не будь рядом упавшей березы — гибель оказалась бы неизбежной. Дарья успела ухватиться за ближний березовый сук. Чаруса перестала засасывать. Но подтянуться, выбраться из трясины у женщины сил не хватило. Оставалось одно — кричать, звать помощь. И Дарье повезло. Крики ее услышала Алка, возвращавшаяся из райцентра. Она сразу бросилась на выручку.
Как ни бедственно было положение крольчатницы, она прежде всего побеспокоилась о крольчонке, сунула его подбежавшей Алке.
— Держи, посади вон в клетку!..
Человека наполовину затянула чаруса, а он старается спасти крольчонка! Это показалось Алке верхом жадности. Она так растерялась, что крольчонок, забившись, едва не вырвался у нее из рук.
— Крепче держи! — надсаженным голосом потребовала Дарья. — Животине этой цены нету! Из города на ферму везу… А за меня не бойся, я за сук крепко ухватилась, не затянет пока…
Алка нашла ящик, затолкала туда крольчонка и поспешила на выручку к Дарье. Но когда она, подойдя по стволу вплотную к женщине, подала ей руку и потянула из трясины, ноги неожиданно соскользнули с обомшелого ствола. Не успела Алка опомниться, как завязла в чарусе рядом с Дарьей.
Теперь они обе сидели в ловушке, обе не могли ни выбраться самостоятельно, ни помочь друг другу. Обеих поддерживал один и тот же ствол. Поневоле пришлось голосить:
— Спасите!.. Люди!..
Этот-то призыв и услышал Максим.
— Держитесь, держитесь! — закричал он в ответ. — Иду на помощь!
Продираться сквозь чащу было трудно — сучья рвали одежду, больно хлестали по лицу, по глазам. Но выходить на открытое место парень боялся: кто знает, твердая почва окажется под ногами или гиблая чаруса? Даже при хорошем зрении порой нелегко определить это. По кустам, по крайней мере, можно ломиться без особого риска — всегда есть за что ухватиться.
В любом другом случае Алка с теткой Дарьей удивились бы тому, что человек прет прямо по кустам, когда можно миновать их. Но теперь им было не до этого. Приближающийся треск, наоборот, радовал их, и они, особенно тетка Дарья, только поторапливали:
— Сюда! Сюда подавайся! Тут мы завязли…
Наконец Максим добрался до места «аварии».
— Что же мне делать? Как подступиться? — спросил он смущенно, почти ничего не видя перед собой.
— По березе двигайся! — сказала тетка Дарья. — Только осторожней, не сорвись, а то погибель тут нам всем…
Алка молчала. Появление Максима не удивило ее. Еще раньше, когда, пробираясь по кустам, он вел с ними перекличку, девушка узнала его голос. Но теперь, когда Максим очутился рядом, Алкой овладело такое волнение, что казалось: скажи она лишь одно слово, отвлекись на секунду разговором — руки сразу выпустят сук, болото мгновенно засосет ее.
— По какой березе? — спросил Максим.
— Еще спрашивает! — рассердилась крольчатница. — Ясно по какой! Одна тут береза, за которую мы держимся..
Максим напряг зрение, кое-как разглядел упавший березовый ствол. Наклонился, сел на него верхом и стал двигаться вперед. Прополз метра три, спросил опять:
— Где вы тут?
— Ты что, парень, дуришь! — задыхаясь от напряжения, выкрикнула тетка Дарья.
Продолжая держаться одной рукой за сук, она протянула другую, схватила парня за колено, Максим пошатнулся. Алка охнула, в ужасе закрыла глаза. Но Максим все-таки удержался на стволе. Удержался потому, что нога его по ту сторону ствола нашла точку опоры. Неизвестно, что это было, пень, крупная кочка или в чарусу вдавался твердый участок земли, только сразу парень почувствовал себя увереннее.
— Нет, так не пойдет! — сказал он решительно. — Чур за меня не хвататься!
