– У нас сегодня праздник, – улыбнулась нарядная Роза, поправляя на пышной груди кружева блузки. – Ну, ты, конечно, ничего не помнишь, вы, мужчины, такие вещи не запоминаете…
– И что у нас за праздник?
– Ровно год тому назад ты предложил мне жить вместе, – Роза счастливо вздохнула. – Вот так-то вот! Можно сказать, сделал мне предложение. Нет, ты не подумай, Лука, что я хочу за тебя замуж, что прямо-таки настаиваю на этом… Хотя, конечно, ребенку нужен отец… и каждая женщина мечтает о законном муже… Но мне и так хорошо, вернее, нам, – она похлопала себя по большому животу, обтянутому трикотажным сарафаном, – да, малыш?
Конечно, она хотела быть его законной женой. Ей, как и любой нормальной женщине, нужен был статус, а с ним – доказательство его серьезного к ней отношения.
– Хорошо, Роза, мы поженимся.
– Да? Когда? – Глаза ее заблестели, а руки принялись машинально накладывать в его тарелку жаркое. – После дождичка в четверг?
– Весной. Как потеплеет… Купим тебе платье с декольте, фату, все, как положено… Весна – это красиво, вокруг все будет в цвету… Зимой холодно… А? Ты как думаешь?
– Я тоже хотела весной, – согласилась она. – Так давай, делай мне предложение!
– Ну, хорошо… Роза, дорогая, выходи за меня замуж.
Он и сам почувствовал, как проговорил это фальшиво, вяло, словно через силу.
Перед его глазами стояла сумка, наполненная деньгами. Вот интересно, что скажет Роза, если завтра он вернется домой с миллионами евро? Родит раньше срока. Точно.
И тут перед Лукой вдруг открылся весь мир, замелькали яркие, наполненные океаном и солнцем картинки из коллекции его мечтаний: вилла на берегу сверкающей бирюзовой морской глади, белоснежная яхта, стройные девушки в бикини… Роза ну никак не вписывалась в эти картинки, в это его красивое и наполненное счастьем будущее… Она с ее животом оставалась где-то там, в его прошлом, в той жизни, которой он вынужден был жить, прячась от закона и пытаясь урвать от этой жизни хоть что-нибудь…
– Лука, что-то случилось?
– Нет, все хорошо…
Неприятная мысль, что это может быть розыгрышем или подставой, отравляла ему ужин. Виолетта. Да с какой стати ей возвращать ему деньги? Она что, спятила? Что стоит за этой встречей? Да и вообще, Виолетта ли это была? Он запомнил ее тощей, бледной девицей с затравленным взглядом… Неужели она спрятала ото всех деньги, чтобы потом вернуть их ему на блюдечке с голубой каемочкой? Нет, так не бывает.
Он снова вышел на крыльцо покурить, открыл телефон, чтобы проверить, не исчезнет ли фото. Нет, оно не исчезло, как информация о звонке. Значит, звонок был, он ему не приснился. Но если был звонок, то почему бы не позвонить по этому номеру? Что будет? Кто ему ответит? Какой-нибудь грубый мужской голос?
И почему это он так разволновался?
Он позвонил. После долгих длинных гудков услышал:
– Да, слушаю…
Это был ее голос!
– Виолетта? – он даже охрип от волнения.
– Да, Лука, это я… Решил проверить, не приснилась ли я тебе? Нет… Это я.
– Надо бы поговорить…
– Так давай! Хочешь увидеть меня?
– Ну… как бы… да… хочу…
– Тебе нужно просто выйти на улицу, сделать тридцать шагов и свернуть, ты знаешь, там такое большое дерево…
– Ты хочешь сказать, что ты… здесь?
– Я в двух шагах от твоего дома, Лука. Увидишь машину, черную… Не бойся, я не кусаюсь.
Ему стало жарко.
Он оглянулся на светящиеся окна, увидел Розу, заваривающую чай.
Быстро сбежал с крыльца, добежал до калитки, вышел на улицу, побежал, проваливаясь в снег, в сторону большого дуба и остановился, словно наткнувшись на стеклянную стену, когда увидел черный «Мерседес» со светящимся янтарным светом салона. А в нем – только один силуэт.
Дверца приоткрылась, и он услышал:
– Лука, иди сюда… Здесь никого нет…
Может, он помер или накурился травы, и ему все это мерещится? Откуда вдруг здесь, в Ледово, эта машина с девушкой… Может, пока не поздно, вернуться назад, к Розе?
Но он же не трус! Он – Лука Заречный!
Он подошел, открыл заднюю дверцу и нырнул в теплый, пахнущий духами салон.
– Привет! – улыбнулась ему девушка. Она была необычайно хороша. Молоденькая, с длинными русыми волосами, большими глазами и блестящими от помады розовыми губами. Черный свитерок, джинсы.
– Ты кто? – спросил он, разглядывая ее и пытаясь узнать в ней ту девчонку, что давала интервью журналистам.
– Я Виолетта, ты прекрасно знаешь, кто я такая…
Она провела руками по его лицу, погладила небритые со вчерашнего дня щеки. А потом вдруг нежно поцеловала его.
– Поцелуй меня, Лука… – Она обвила руками его шею, притянула к себе его голову, и он поцеловал ее.
– Это не ты… Вернее, ты не Виолетта… – пробормотал он, едва переводя дыхание после поцелуя, который подействовал на него мгновенно. – Ты кто? Кто тебя прислал?
Спрашивая, он снова поцеловал ее, потом еще и еще раз. В нем проснулся прежний, молодой и дерзкий Лука, для которого не было недоступных женщин. Он всегда имел всех, кого только желал.
– Я Виолетта. Это я взяла твои деньги… Спасибо, конечно, мне они очень пригодились… А сейчас, когда дела мои поправились, я решила вернуть их тебе…
– Но зачем? Я хотел сказать – так не бывает. Это ненормально.
