— Добавить что-то труда не составит. Если есть заготовка, и куда ее вставить, сборка — дело несложное, — с умным видом высказался Брэндон.
— То есть Оберзаун готовила взрывное устройство? Она может пронести куда-то безобидные артефакты по отдельности, а потом собрать? — сказала испуганно.
Только этого не хватало! Она что планирует диверсию, и правда шпионка?
— В том и дело! Доработки механизма позволяют их соединить. Но понятно это становится, если сложить схемы моих артефактов и этих, — ответил Синтаку, указывая на свои записи на столе. — Вероятно, ваш отец догадался, но сам себе не поверил. Решил убедиться и пригласил заказчицу Оберзаун на разговор.
— А она действовала на опережение, — закончила я.
И что же она собиралась взорвать?
Глава 32
Какой поднялся гул! Дети громко принялись говорить разом.
— Шпионка! Я же говорил, она шпионка! — воодушевленно прыгал Брэндон. И его дракончик Шип стал верещать, вторя хозяину.
Девочки тоже пытались высказаться, дополняя общую сумятицу. Захотелось закрыть уши, или хотя бы призвать всех к порядку.
Но артефактор Синтаку не утратил силы духа, решительно и громко заявил:
— Если я прав, ситуация крайне опасная. Я должен немедленно доложить! Преступников еще можно остановить и предотвратить нападение, — замер на месте он с намерением немедленно сорваться и отправиться к властям.
Сейчас сбежит прочь из дома, чтобы куда надо доложить. Но у меня тоже было что сказать.
— Вы правы. Но прошу выслушать, у меня крайне важная информация, — вмешалась торопливо, прежде чем он принял окончательное решение. — У меня появилась подсказка, как заколдовали хозяина дома. Думаю, следует ее проверить. Вы же понимаете? — посмотрела мужчине прямо в лицо.
Дети замерли и резко стихли, словно дар речи утратили. Таращились на меня огромными глазами, в которых застыло изумление и надежда. Как я хотела, чтобы мои ожидания оправдались.
— Так вот, зачем ты спать отправилась! — догадалась Зефирка. — Ты искала подсказки во сне!
Поразительно умная магическая кошка, сообразила! Совершенно непонятно причем, как смогла.
— Так и есть. Но прежде чем обсуждать, давайте пойдем и проверим. Это важно! Не терпится убедиться, что я не ошиблась, — сказала, чтобы меня не стали расспрашивать, тут действовать надо.
Детям тоже не терпелось, выскочили, не дожидаясь. Господин Синтаку глянул на меня с любопытством, но перечить не стал. Вместе направились в сторону гостиной, где исчез Ришиналь.
Как у меня билось сердце! Как перед самым важным экзаменом давно забытое чувство, непередаваемое. Хотелось верить, что я права, и подсказка точная. Отгоняла страх ошибиться, не желая поддаваться.
Шаг, еще шаг, заветные двери все ближе, и мне так волнительно. Сейчас я пойму, насколько способна помочь спасти отца детей. Заглянуть внутрь, чтобы вспомнить, как это было.
Вот здесь они сидят напротив друг друга. Оберзаун изящно устроилась в кресле и очаровательно улыбается. Так, чтобы мужчина и думать забыл обо всех глупостях, кроме нее.
— И все же, ваш заказ весьма необычный. Пересмотрел, что вы мне заказали за это время, и хотел бы у вас уточнить. Еще тогда задумывался, зачем эти странные доработки, не имеющие смысла для функционала, — говорил Ришиналь, не подозревая, что стоит на краю бездны.
Дамочка смотрит на него не замутненным интеллектом взглядом и кокетливо хлопает ресницами.
— Ах! Вы порядком изумили. Какие вопросы? Неужели думаете, я смыслю в артефактах, — мило улыбается она, прижимая изящные руки в кружевных перчатках к вырезу на груди. И смотрит призывно, ничуть не смущаясь.
Легко подумать, что не придает значения разговору и не собирается переживать. Изумляется, не понимает и уж точно ничего опасного делать не намерена.
— И все же… — не унимается артефактор, продолжая расспрашивать.
Оберзаун решительно выбрасывает руку вперед, и рядом с Ришиналем падает большой самоцвет. Крупный, размером с перепелиное яйцо, граненый и темного цвета.
Вроде камень как камень. Но внезапно он начинает светиться и втягивает в себя Ришиналя в одно мгновение. Вероятно, тот даже сообразить не успел, что происходит.
Лицо дамочки резко меняется, приобретая другое выражение. Теперь это хищная акула, вышедшая на охоту. Она осторожно берет камень, который перестал светиться, и прячет его. Толково!
Можно до бесконечности искать, если не знаешь, где и что именно. Но я видела, куда ее рука засунула камень.
Все смотрели на меня с нетерпением, ожидая действий или подсказок. Торопливо пересказывала, что увидела. Без уточнений, спеша, и теперь осталось самое главное.
— Здесь! Она засунула камень в диванную подушку, — указала я решительно.
Мягкие, толстенькие диванные подушки одинаковой расцветки лежали рядком. Она вскрыла одну, засунула глубоко внутрь камень и срастила дырку магией.
Синтаку немедля взял подушку, решительно вспорол магически и вытряхнул содержимое на чайный столик около дивана. Общий вздох разочарования от детей, внутри ничего не было.
Но я не собиралась отчаиваться!