– Тем, кто вырвался отсюда, помогли с воли – друзья, которые сумели пронести пистолеты, деньги и одежду. И их ждали автомобили.
Она для эффекта промолчала.
– Но их все равно поймали.
– Они не поймают меня, – поклялась Трейси.
Появилась надзирательница. Она кивнула Трейси:
– Тебя хочет начальник Брэнинген.
– Нам нужно, чтобы кто-нибудь присматривал за нашей маленькой дочерью, – сказал начальник Брэнинген, – но это совершенно добровольная работа. Если вы не желаете, то и не будете.
Чтобы кто-нибудь присматривал за нашей маленькой дочерью, – мозг Трейси яростно заработал. Возможно, это поможет облегчить ее побег. Работая в доме начальника, она узнает о структуре тюрьмы несравнимо больше.
– Да, – сказала Трейси, – меня устраивает эта работа.
Джорджу Брэнингену это понравилось. У него было странное, непонятное чувство, что он чем-то обязан этой женщине.
– Отлично. Цена составляет 60 центов за час. Деньги будут переводиться на ваш счет в конце каждого месяца.
Заключенным не разрешалось иметь на руках деньги, и все деньги, заработанные заключенными, выдавались при выходе на свободу.
Меня не будет здесь в конце месяца, думала Трейси про себя, но вслух она сказала:
– Это будет хорошо.
– Вы можете начать завтра. Старшая надзирательница расскажет вам подробнее.
– Спасибо начальник.
Он взглянул на Трейси и хотел добавить еще что-нибудь. Но не был вполне уверен, что именно. Вместо этого, он сказал:
– Это все.
Когда Трейси принесла новость Эрнестине, чернокожая сказала задумчиво:
– Это значит, они тебя расконвоируют. Ты совершишь побег из тюрьмы. Это немного облегчит твое дело.
– А как я сделаю это?
– У тебя три пути, но все они рискованные. Первый путь – выскользнуть. Ты берешь жевательную резинку и однажды ночью впихиваешь в замок камеры и коридорной двери. Ты пробираешься во двор, перелезаешь через колючую проволоку, ты на свободе, и бежишь…
С собаками и вертолетом…
Трейси как будто слышала выстрелы пистолетов охраны, стреляющих в нее. Она содрогнулась.
– А какой второй путь?
– Второй путь – это вырваться. Это когда ты с пистолетом и берешь с собой заложника. Если они поймают тебя, они наделят тебя чертом с никелевым хвостом. – Она посмотрела на удивленное лицо Трейси. – А это еще два или пять лет к твоему сроку.
– А третий путь?
– Прогулка. Это для подопечных, которые заняты свободной работой. Однажды, ты окажешься перед открытой дверью и сделаешь ноги.
Трейси задумалась. Без денег, без машины и места, где бы она могла спрятаться, у нее не будет шанса.
– Они узнают, что я ушла, и пойдут искать меня.
Эрнестина заметила:
– Идеального плана побега отсюда нет. Вот поэтому никто отсюда и не смывается.
Я смоюсь, подумала Трейси.
В то утро, когда Трейси в первый раз пришла в дом начальника тюрьмы Брэнингена, начался пятый месяц ее пребывания в колонии. Она очень переживала по поводу встречи с женой и дочерью Брэнингена, потому что ей было просто необходимо получить эту работу. Возможно, это – ключ к свободе.
Трейси вошла в красивую большую кухню и села. Она вспотела, лоб покрылся испариной. В дверях появилась женщина, одетая в домашнее платье приглушенно-розового цвета.
– Доброе утро, – сказала она.
– Доброе утро.
Женщина собиралась присесть, потом раздумала и осталась стоять.
Сью Эллен была симпатичной блондинкой тридцати с небольшим лет, с неопределенными, отвлеченными манерами. Худенькая и простая, она никогда не чувствовала себя уверенной в обращении со слугами-заключенными. Должна ли она благодарить их за сделанную работу или просто давать им распоряжения? Должна ли она относиться к ним дружески или только как к заключенным? Сью Эллен все еще не могла привыкнуть к мысли, что она живет среди воров, наркоманов и убийц.
– Я миссис Брэнинген, – начала она. – Эми почти пять лет, а вы знаете, как дети подвижны в этом возрасте. Боюсь, что вам придется постоянно следить за ней.
Она взглянула на левую руку Трейси. Обручального кольца не было, но, конечно же, это ничего не значило. «Особенно у этих низших классов», – подумала Сью Эллен.
Она помолчала и деликатно спросила:
– У вас есть дети?
Трейси подумала о своем неродившемся ребенке и ответила:
– Нет.
– Заметно. Сью Эллен чувствовала себя не в своей тарелке перед этой молодой женщиной. Она была совершенно не такой, какую ожидала увидеть миссис Брэнинген. В ней чувствовалась элегантность. – Я приведу Эми, – с этими словами она исчезла из комнаты.
Трейси оглянулась. Это был большой красивый дом, чистый, аккуратный, со вкусом обставленный. Трейси показалось, что прошла вечность с тех пор, как она последний раз побывала в таком доме. Это был совершенно другой мир, потусторонний.
Возвратилась Сью Эллен, держа за руку маленькую девочку.
– Эми, это… – как же называть заключенную, по имени или фамилии? Она приняла компромиссное решение: – Это Трейси Уитни.
– Хей! – сказала Эми.
Она была тоненькой в мать, с умными, глубоко посаженными глазами. Не очень красивая, но необыкновенно приветливая девочка, что брало за сердце. Я не позволю ей растрогать меня.
– Ты будешь моей новой няней?