– Пожалуйста, минутку.
Секретарша сняла трубку и что-то пошептала, но что именно Трейси не расслышала. Она положила трубку:
– Мистер Морган сейчас занят. Он интересуется, сможете ли вы прийти в 6 вечера?
– Да, спасибо, – ответила Трейси. Она вышла из магазина и, задумавшись, остановилась на тротуаре. Приезд в Нью-Йорк был ошибкой. Вероятно, и Конрад ничем не сможет помочь ей. Да и почему он должен ей помогать? Она же ему совершенно не знакома.
Он, наверное, прочтет мне лекцию и подаст милостыню. Ну мне не надо ни того, ни другого. Не только от него, но и от кого-либо еще. Я выжила.
Когда– нибудь я соберусь сделать это. Черт с ним, с этим Конрадом Морганом. Не пойду я к нему.
Трейси бесцельно бродила по улицам, рассматривая витрины шикарных магазинов на Пятой Авеню, охраняемые особняки на Парк Авеню, шумные магазины на Лексингтон и Третьей Авеню. Она бродила по улицам Нью-Йорка бесцельно, ничего не видя, полностью разочарованная в жизни.
В 18.00 она очутилась на Пятой Авеню, перед магазином Конрада Моргана. Швейцар уже ушел, а дверь была закрыта. Трейси махнула в расстройстве рукой и пошла прочь, как дверь вдруг открылась.
На пороге стоял добродушного вида мужчина. Он был лыс, с торчащими седыми волосами около ушей, с веселым радостным румяным лицом и сверкающими синими глазами. Похож на маленького гнома.
– Вы, должно быть, мисс Уитни?
– Да.
– Я Конрад Морган. Пожалуйста, входите.
Трейси вошла в пустой магазин.
– Я ждал вас, – сказал Конрад Морган. – Давайте пройдем в мой кабинет, где сможем поговорить.
Он повел ее через магазин к закрытой двери, которую он отпер ключом. Кабинет его был элегантно обставлен, и больше походил на квартиру, нежели на деловой кабинет, без письменного стола, только кушетки, кресла и столы, весьма ловко расставленные. Стены были украшены картинами старых мастеров. – Что будете пить? – обернулся Конрад Морган. – Виски, коньяк, может быть, шерри?
– Нет, ничего, спасибо.
Трейси вдруг разволновалась. Она гнала саму мысль, что этот человек может как-то помочь ей, хотя в то же время, она совершенно отчаянно надеялась, что он поможет ей.
– Бетти Франсискус советовала, чтобы я встретилась с вами, мистер Морган. Она говорила, что вы помогаете людям, которые были… в затруднении. – Она никак не могла себя заставить сказать слово «тюрьма». Конрад Морган сложил руки, и Трейси отметила, что они тщательно ухожены, с прекрасным маникюром.
– Бедная Бетти. Такая красивая дама. Ей не повезло, вы знаете.
– Не повезло?
– Да. Ее поймали.
– Я… Я ничего не понимаю…
– Все очень просто, мисс Уитни. Бетти работала на меня. Она была хорошо защищена. Но бедная возлюбленная внезапно влюбилась в шофера из Нового Орлеана и сбежала от своего любовника. Ну и… Они схватили ее. Трейси смутилась.
– Она работала у вас продавщицей?
Конрад Морган уселся и так расхохотался, что прослезился.
– Нет, дорогая, – сказал он, вытирая слезы.
– Похоже, Бетти не все объяснила вам. – Он вернулся в кресло и сплел пальцы. – У меня чрезвычайно прибыльная побочная работа, мисс Уитни. И я с большим удовольствием делюсь со своими коллегами. Я с большим успехом нанимаю людей, подобных вам, уж не взыщите, тех, кто отсидел срок в тюрьме.
Трейси изучала его лицо, еще более загадочное, чем прежде.
– Я нахожусь в необыкновенном положении, вы видите это. У меня крайне богатая клиентура. Мои клиенты становятся моими друзьями. Они мне доверяют, – он нежно перебирал пальцами. – Я узнаю, когда мои клиенты отправляются путешествовать. Немногие в наше ужасное время отправляются в путешествие с ювелирными украшениями. Поэтому они оставляют украшения дома. Я обычно советую им, как спрятать ценности дома, чтобы сохранить их. Я точно знаю, какие украшения у них хранятся, потому что они приобрели их у меня.
Трейси поднялась:
– Спасибо, мистер Морган, за то время, что вы затратили на меня.
– Разве вы уже уходите?
– Если вы говорите, что я думаю, что вы сказали…
– Да. В самом деле, я так говорю.
Она почувствовала, что краснеет.
– Я не преступница. Я пришла сюда искать работу.
– И я предлагаю ее вам, дорогая. Я займу час или два вашего времени и смогу обещать вам двадцать пять тысяч долларов, – он улыбнулся ехидно. – Без налога, конечно.
Трейси с трудом сдерживала гнев. – Меня это не интересует. Позвольте уйти.
– Конечно, конечно, если вы так желаете.
Он поднялся и проводил ее до двери.
– Вы должны понять, мисс Уитни, если бы существовала даже незначительная опасность, что кого-то поймают, я никогда бы не взялся за эту авантюру. Я храню свою репутацию.
– Мне больше нечего сказать по этому поводу, – ответила холодно Трейси.
Он ухмыльнулся.
– Ну что ж, если вам действительно нечего мне сказать. Я вот думаю, кто поверит вам? Только я, Конрад Морган.
Когда они подошли к дверям, Морган сказал:
– Сообщите мне пожалуйста, если вы перемените свое решение. Мне лучше звонить после 18 часов. Буду ждать вашего звонка.
– Нет, – Трейси ответила кратка, и она пошла в приближающуюся ночь. Когда она пришла к себе в номер, то почувствовала себя опустошенной.