Трейси подняла свой и произнесла:
– Пусть предприятие станет выгодным для нас обоих.
И они чокнулись. Трейси рассеяно посмотрела по сторонам и вздрогнула. За столиком, в дальнем углу бара сидел Джефф Стивенс и с улыбкой наблюдал за ней. С ним сидела интересная дама увешанная драгоценностями.
Джефф кивнул Трейси, и она улыбнулась, вспомнив, как обставила его в последний раз в замке Мантиньи, вспомнила собаку рядом с ним.
– Это было как раз по мне, – счастливо подумала она.
– И так, если позволите, – говорил в это время Цукерман, – то у меня масса дел. Я свяжусь с вами.
Трейси грациозно подставила ему руку, он поцеловал ее и удалился.
– Вижу, ваш приятель покинул вас, и я не могу представить почему. Блондинкой вы выглядите просто ужасно.
Трейси подняла глаза. Джефф уже стоял рядом с ее столиком. Без приглашения он уселся на стул, где несколько минут назад восседал Адольф Цукерман.
– Поздравляю, – сказал он. – Прыжок к Матиньи был просто изобретательным. Прелестно.
– Приятно слышать от вас такую высокую оценку, Джефф.
– Это стоило мне кучу денег, Трейси.
– Ничего, нагоните.
Он сидел, медленно потягивая виски.
– Что нужно профессору Цукерману?
– О, так вы его знаете?
– Можете мне сказать.
– Он… Просто ему захотелось выпить.
– И он рассказал вам о своих сокровищах? Трейси осторожно спросила:
– А как вы узнали об этом?
Джефф удивленно взглянул на нее.
– Только не говорите, что вы согласились? Это же самая старая афера в мире.
– Но не этот раз.
– То есть вы поверили ему.
Трейси упрямо ответила:
– Я не имею права обсуждать данный вопрос, но профессор случайно обнаружил некоторую информацию. Джефф покачал головой.
– Трейси, да он просто пытается надуть вас. И сколько же денег потребуется ему, чтобы поднять затонувшие сокровища?
– Не ваше дело, – жеманно ответила Трейси. – Это мои деньги и мой бизнес.
Джефф пожал плечами.
– Хорошо. Только не говорите потом, что старина Джефф, не пытался отговорить вас.
– Вы, наверное, сами очень заинтересовались этим золотишком, разве не так?
Он сжал руки в кулаки.
– Почему вы меня постоянно подозреваете?
– Все очень просто, – ответила Трейси. – Просто я вам не доверяю. Что за женщина была с вами? – Она хотела избежать всяческих вопросов. – Сюзанна? Подружка.
– И конечно, богатая?
Джефф лениво улыбнулся.
– Вообще-то у нее есть немножко денег. Если вы присоединитесь и пообедаете завтра с нами, шеф-повар ее двухсотпятидесятифутовой яхты, стоящей в гавани, сделает…
– Благодарю. Думаю, ничего интересного для меня на вашем обеде не предвидится. И что же вы продаете ей?
– Это сугубо личное дело.
– Уверена, что так.
Вышло грубее, чем она предполагала. Трейси украдкой изучала его, глядя через стекло бокала. Он действительно был чертовски привлекательным. Черты лица правильные, хорошие, великолепные серые глаза с длинными ресницами и сердце змеи. Очень интеллигентной змеи.
– Вы когда-нибудь думали о том, чтобы заняться законным бизнесом? Вероятно, вы имели бы значительный успех.
Джефф выглядел потрясенным.
– Что? И бросить все это? Вы, верно, шутите.
– Вы, что, всю жизнь собираетесь оставаться жуликом?
– Жуликом? Я организатор и вдохновитель, – ответил он с упреком в голосе.
– И как вы стали этим организатором?
– Я сбежал из дома, когда мне исполнилось четырнадцать, и присоединился к бродячему цирку.
– Четырнадцать? – Впервые Трейси заглянула за эту красивую, гладкую вывеску.
– Мне было хорошо. Я учился бороться за жизнь. Тогда еще шла та чудная война во Вьетнаме, и я присоединился к зеленым беретам и таким образом продолжил свое образование. Думаю, главное, что я вынес, это что война – самая большая афера в мире. По сравнению со всем этим мы с вами просто паршивые любители.
И тут он резко изменил тему разговора.
– Как вы относитесь к пелоте?
– Если вы это продаете, то не надо, спасибо.
– Глупенькая, так называется игра, что-то вроде джай алай. У меня два билета сегодня на вечер, но Сюзанна не сможет пойти. Может быть, пойдете вы?
И к своему изумлению Трейси ответила: «Да».
Они ужинали в маленьком ресторанчике в городском парке, где им подали местное вино и жареную утку в собственном соку с жареным картофелем и чесноком. Было необыкновенно вкусно.
– Это их лучшее блюдо, – проинформировал Джефф Трейси.
Они говорили о политике, книгах, путешествиях и к своему удивлению Трейси обнаружила, что Джефф довольно образованный.
– Когда вы в четырнадцать принадлежите себе самому, – говорил ей Джефф, – вы схватываете все гораздо быстрее. Сначала вы учите, что движет вами, затем, что движет другими людьми. Афера подобна джиу-джитсу. В джиу-джитсу вы используете стремление вашего соперника выиграть. В афере пользуетесь его жадностью. Вы делаете первое движение, а уж он проделает все остальное.
Трейси улыбалась, удивляясь, как ловко Джефф понял, какими они были. Она восторгалась вместе с ним, но оставалась уверенной, что при первом удобном случае, он не преминет натянуть ей нос. Он человек себе на уме, и не надо об этом забывать.